– Грейди даже не удосужился сказать мне.
Это нечто более сильное, чем гнев, сказал себе Майк, пытаясь сдержать разбушевавшиеся эмоции. Это боль и стыд. Джесси Росс.
– Дай я отгадаю, – с горечью проговорил он. – Ты владеешь компанией.
– Не всей. Только сорока процентами.
– Сука.
Джесси подскочила, словно он ударил ее.
– Майк, что происходит? Что с тобой случилось?
– Ты солгала мне.
– Я не лгала. Я думала, ты знаешь.
Он не желал слушать ее объяснения. А он-то строил планы! Собирался изображать из себя важную шишку, показать ей город. Пустить пыль в глаза, пригласив поужинать в пару дорогих ресторанов и достав билеты на шоу. Да она в состоянии купить его с потрохами, причем раз сто. Она одурачила его.
– Вылезай, – приказал он, не глядя на нее.
– Майк, я хочу все объяснить.
– Что объяснить? – Он повернулся к ней и увидел в ее глазах тревогу и страх, но не придал этому никакого значения. – Что ты богатая вдова? Проклятие, что ты делаешь на моем ранчо?
– Я люблю свою работу. Это единственное, что у меня осталось после смерти Брендона.
– Конечно, сударыня. Но кто тогда я? Твой лучший проект? Не очень ли это жестоко по отношению к калеке?
Джесси вздрагивала при каждом слове, как от удара. Ее глаза наполнились влагой, и одна слезинка медленно покатилась по щеке.
– Убирайся из моей машины.
– Майк...
Он включил передачу. Джесси схватила свою сумку и выскочила на тротуар. Она собралась было закрыть дверь, но Майк нажал на педаль газа, и машина сорвалась с места.
Глава 9
Джесси отперла дверь пентхауса и прошла в прохладный холл, выложенный плиткой. Ее чемодан стоял рядом с мраморным столиком, а ключ лежал в стеклянном блюде. Швейцар уже успел предупредить ее, что два часа назад заезжал Майк. До последней минуты в ней теплилась надежда, что он оставил записку.
Она оглядела элегантно обставленную гостиную и направилась в кухню. Ничего. Ни пыли, ни звука, ни записки. На ходу скинув туфли, она прошла в спальню. Примерно через полгода после смерти Брендона она полностью переделала всю квартиру, и теперь при виде огромной кровати и окон от пола до потолка ее душу не мучили тягостные воспоминания.
Приглушенный тон обоев и успокаивающие цвета покрывала и ковра не улучшили ее настроения. Вместо Брендона она теперь видела Майка, таким, каким он был во время путешествия. Она представила, как он лежал бы на ее кровати, улыбался ей, предвкушая наслаждение. Она представила, как они ласкали бы друг друга, шептали бы друг другу нежные слова. Она представила все, что бы они делали друг с другом. «Фантазии», – осадила она себя, когда слезы опять обожгли глаза.
Джесси подошла к окну и посмотрела вниз. Близился вечер, и туман уже давно рассеялся. Она видела гавань и вереницы машин, направлявшихся к мосту «Золотые ворота». Где он сейчас? Позвонит ли он ей? И почему он решил, будто она солгала ему?
– Клянусь, я думала, что ты знаешь, – прошептала она в тишину комнаты. – Я бы никогда не смогла обмануть тебя.
Поверит ли он ей? Она отрицательно покачала головой. Естественно, нет. Для человека, раненного душевно, он вел себя слишком вызывающе.
Джесси оторвалась от окна и, сев на кровать, провела рукой по покрывалу. Брюссельское кружево перемежалось с атласом, образуя резкий контраст, который чувствовала ладонь. Какое это имеет значение? Он не знал, что она вдова Брендона и владеет большим процентом акций компании. Ну и что? Каким образом это меняет их отношения? Она член совета директоров, к этому ее обязывает положение. Но на этом ее участие в руководстве заканчивается, она не занимается повседневными операциями. Она имеет право выбирать себе заказы и берется лишь за те, которые ее интересуют. Именно так ей досталось обустройство ранчо-пансионата, в общем-то небольшой заказ. Просто ей понравилось его месторасположение, и Грейди очаровал ее, когда они беседовали по телефону.
Джесси смахнула с ресниц слезы и велела себе забыть Майка. Она поручит кому-нибудь из сотрудников закончить работу на ранчо. А сама возьмет отпуск. Может, отправится в круиз или проведет пару недель в Лондоне. Какая разница, куда ехать – главное, оказаться подальше от Майка Кобурна.
Она прошла в гардеробную. Переодевшись в джинсы и свитер, она села на пол и натянула на ноги старые красные ковбойские сапоги. Они напомнили ей, как Брендон поморщился, когда она их купила. Он предпочитал, чтобы она одевалась в одежду классического стиля, приглушенных тонов. Ему не нравилась ее чувственность, даже в постели. Джесси прислонилась к стене гардеробной. А вот Майк, кажется, упивался ее телом, своими ласками и поцелуями он сводил ее с ума. Майк...
– Прекрати, – приказала она себе.