Наш добрый друг: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Опять двадцать пять! Снова ты со своим цирком! – перебил его Доладзе. – После того, как Джулька так намучилась, ей просто необходим будет наш кавказский воздух… Заберу ее к себе. Ведь как-никак я ее крестный, имя дал. Я, и никто иной!

– Это еще не факт, – вмешался Ашот Сарян, – во-первых, имя, что ты ей дал, нигде покамест не зарегистрировано. Ни в одном ветпункте. Это раз. И, кроме того, такая собака заслуживает жить у нас в Ереване. Там – красота! Там как на ладони виден Арарат…

Наш мудрый Профессор несколько минут прислушивался к спору и сказал:

– Болтайте, сколько вашей душе угодно, мои дорогие, мои милые синьоры. Но главное в том, что я оказался прав…

– В чем?

– В том, мои дорогие, мои славные синьоры, что я первый по достоинству оценил этого пса. Я вам сразу сказал, это не дворняжка, не какая-нибудь простая, обыкновенная сучка. Вы своими глазами видели, как она вцепилась зубами в плащ-палатку и помогала санитару тащить раненого, а теперь вернулась к нам с этой же плащ-палаткой.

– Ну и что?

– Так вот: теперь я уже определенно могу заявить, что это потомок тургеневских охотничьих собак. С такими Иван Сергеевич и бродил по окрестным лесам на охоту. Клянусь, это знатная, породистая собака и держит ухо востро. Теперь ясно. Она обученная. Работала санитаркой. Раненых вытаскивала с поля боя.

Мы все, как один, поддержали Профессора и согласились с ним: шибко грамотный мужичок, разбирается.

4.

Джулька отлично соображала: когда появляются над нашими окопами вражеские самолеты, нужно прыгнуть на дно траншеи, чтобы осколки бомб не задели. Поняла, что не надо и злиться, когда, старшина вовремя не может пробраться сюда с харчами, а терпеливо ждать. Она научилась в минуты затишья вздремнуть, а когда начинался сабантуй – следить внимательно за вражескими позициями. Во многом подражала нам, точно обезьяна, вызывая улыбки и восторг окружающих, и мы уже обращались к нашему всезнайке Профессору, не может ли он сказать – не происходит ли Джулькин род от обезьяны? А он злился.

– Зачем задавать такие неуместные вопросы? Собака совсем иного происхождения, нежели обезьяна, и пользы людям приносит куда больше.

Как-то ночью на нашем участке установилась необычная тишина, что нас очень тревожило. Эта тишина всех угнетала, изводила. Что-то не похоже на нашего злобного соседа, чтоб он так тихо вел себя. Мы уже хорошо знали его коварные повадки – если он долго молчал, стало быть, что-то замышляет, и надо особенно быть начеку!

А противник упорно молчал. И все мы понимали, что это неспроста. Фашисты готовят нам какой-то сюрприз. Каждый из нас понимал: немцы ждут, когда подсохнут дороги после проливных дождей, прошедших недавно, когда его техника сможет развернуться. Они ведь не будут долго торчать здесь в ожидании чуда. Фюрер недавно обещал им, что это лето будет победным для них. Этим летом они возьмут реванш за поражение под Сталинградом… Им необходимо во что бы то ни стало добиться победы на Курской дуге, и тогда фюрер уже безусловно въедет на белой лошади в Москву…

Нам не известны были планы наших стратегов. Мы знали лишь одно: что этот клочок земли является для нас священным. Наш огненный островок должен, стать подлинной крепостью, и тут должны себе обломать зубы фашистские звери, которые попытаются прорваться через наш участок.

Тишина, необычная тишина царила вокруг.

И эта тишина насторожила нас, заставила быть в напряжении, готовыми ко всему. Надо было ждать, а главное – смотреть в оба.

Наша Джулька тоже, словно бы почуяв что-то неладное, все время лежала, прижавшись к брустверу, – ушки на макушке – и ловила малейший звук, который доносился с противоположной стороны балки.

Мы стояли, прижавшись к стенке траншеи, неусыпно наблюдая за противником.

Рядом стояли, притаившись, Васо Доладзе, Ашот, Профессор, готовые в любую минуту открыть огонь, достойно встретить вражеские цепи.

А Джулька не сводила с нас глаз. Видя, что сон, усталость нас мучают, она как бы нам сочувствовала и сама не

дремала.

Самохин неторопливо ходил по траншее, проверяя, все ли на своем посту, все ли готово к бою. Негромко, спокойно, хотя был крайне встревожен, делал замечания. Он был теперь сосредоточен, строг, то и дело поглядывая в ту сторону, где притаился противник. Мы отлично понимали, что означают его взгляды.

Он спрашивал, есть ли у каждого из нас достаточный запас патронов, гранат.

Надвигалась густая ночь.

Бес его знает, куда девались звезды, которые совсем недавно перемигивались, вспыхивая, и тут же гасли. На какое-то время исчез за обрывистыми облаками полумесяц, и казалось – он уже вовсе не появится.

Надо было напрячь зрение, чтобы разглядеть, что делается и там, за балкой, и на ничейной земле.

Время шло медленно. Было за полночь, а зловещая тишина все еще царила вокруг. Обычно в такие часы немец уже устраивал «фейерверк». Небо озарялось многоцветными ракетами, трассирующими пулями. А тут тишина. Словно никакой войны и близко нет.

Но каждый из нас отлично понимал: тишина эта обманчивая.

И это сразу же почувствовала нутром Джулька.