Личные мемуары Е. П. Блаватской: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Когда чью-либо мысль надо было передать стуком, положение было другое. Прежде всего, ей надо было прочесть мысль спрашивающего, запомнить и объяснить ее, затем следить за тем, как произносят, одну за другой, буквы алфавита и направлять поток воли, чтобы он произвел стук при нужной букве». [20, с.72, 73]

«Часто бывало, что сестра моя что-то читала, а мы — наш отец, гувернантка и я — не желая ее тревожить, обращались ментально к невидимым силам и в тишине, держа наши мысли про себя, записывали буквы, которые выстукивались на ближайшей стене или на столе. Интересно, что такой безмолвный разговор с этой «разумной силой», которая всегда излучалась в присутствии моей сестры, был особенно интенсивным, когда она спала или была серьезно больна». [20, 100, 101]

«…Она давно уже оставила разговоры с помощью стуков [говорится о том времени, когда она жила в Мингрелии] и находила более удобным отвечать словесно или письменно. Это она делала сознательно и просто, как она объясняла, наблюдая мысли людей, которые исходили из их голов лучистыми спиралями или в виде струй, принимающих определенные тона и формы.

Часто такие мысли и ответы на них запечатлевались в ее мозгу и формировались в слова и фразы. Насколько я понимаю, здесь происходил процесс соединения ясновидения с чтением мыслей.

Иногда во время записывания Блаватская казалось впадала в состояние комы или магнетического сна с широко раскрытыми глазами, но и при этом все же рука ее шевелилась и она продолжала записывать. Когда в таком состоянии она отвечала на ментальные вопросы, ответы ее редко были неудовлетворительными».

Здесь сама Блаватская дает примечение: «Вполне естественно, ибо это не был магнетический сон и никакая не «кома», но обыкновенное состояние интенсивного сосредоточения, когда малейшее рассеяние приводит к ошибке. Люди, знакомые лишь с медиумическими явлениями и не знающие наших философских основ, часто совершают эту ошибку».

«Все это время ее оккультные способности не только не ослабевали, но с каждым годом становились все сильнее. Казалось, что она по своей воле может выполнить все что угодно… Однако случайные, эпизодически происходящие феномены становились все реже, но когда они происходили, то были всегда очень необычными». [20, с.114, 115]

«После возвращения к жизни и здоровью (после своей таинственной болезни), Блаватская покинула Кавказ и уехала в Италию.

Уже перед отъездом в 1863 г., в ее способностях произошли существенные изменения». [20, с.118]

«В то время, когда я это пишу (1885 г.), вот уже более двадцати лет прошло с того времени, когда еще происходили независящие от ее воли феномены. Не могу сказать, когда именно произошла эта перемена в ее оккультных способностях, так как она в это время жила вдали от нас и при встречах мы редко этого касались, лишь в письме она однажды прямо ответила на этот вопрос: «Теперь (1866 г.) я уже никогда не буду подверженной внешним влияниям». [20, с.119]

«Я верю этому заверению, — говорит ее сестра, Желиховская, — потому что в течение пяти лет мы имели возможность наблюдать, как постепенно изменялись ее способности.

Во Пскове и Ругодеве еще нередко случалось, что она не могла ни контролировать эти проявления, ни прекратить их. Позже мы наблюдали, что она становилась все более способной овладевать ими. В конце ее пребывания у нас, после неожиданной и тяжелой болезни в Тифлисе, стало очевидным, что она может вызывать эти явления и проводить их по своему желанию.

Она продемонстрировала это, прерывая феномены по своей воле на несколько дней или недель. Когда этот срок истекал, она могла их снова вызвать или не вызвать и разрешала своим близким выбирать, что им захочется. Короче говоря, мы все убеждены в том, что когда проявлялась ее могущественная природа, она могла своей несокрушимой волей, тем или иным способом, сделать послушными силы невидимого мира, население которого она отказывалась называть «духами и душами». [20, с.120]

Глава 20

Третья попытка проникнуть в Тибет

Когда г-жа Блаватская вполне оправилась после своей таинственной болезни на Кавказе, она покинула Россию и «отправилась в Италию», как писал об этом Синнет в своей книге «Эпизоды из жизни Блаватской». Сама же она рассказывала по-другому: «Я покинула Тифлис примерно в 1864 году и отправилась в Сербию, путешествовала по Карпатам, как я это описала в своем рассказе о Двойнике». [14, с.151] В. Желиховская писала: «Уехала в чужие края, сначала в Грецию затем в Египет. Вся жизнь ее прошла шумно и в постоянных путешествиях. Всегда она стремилась к какой-то неизвестной цели, выполняя какие-то задания. Ее странствия и отвечающий этим странствиям образ жизни закончились лишь тогда, когда она познакомилась с теософическими, научными, гуманистическими и духовными проблемами. Тогда она сразу остановилась, как корабль, который вошел в гавань после многих лет странствий, свернув паруса и в последний раз бросил якорь.

Ее биограф Синнет уверяет, что уже за многие годы до ее окончательного приезда в Америку (1873 г.) у нее были особые духовные связи с теми странными существами, которых она позднее называла своими Учителями, цейлонскими и тибетскими Махатмами, и что только по их прямому велению она путешествовала с одного места на другое, из одной страны в другую… Нам, своим близким родственникам, она впервые упомянула об этих непонятных существах в 1874 году, когда обосновалась в Нью-Йорке». [15, декабрь, 1894]

Но несколько лет перед этим Желиховская в своих «мемуарах» писала: «Все кругом считали, что происходящие в ее присутствии явления производят «духи», благодаря ее медиумическим способностям. Она же сама это постоянно отвергала … Как тогда, так и теперь, она утверждает, что совсем другая сила овладевает ею, что силу эту она получила от индийских Радж-Йогов. Она меня уверяла, что даже те тени, которые она видела всю свою жизнь, не были призраками или душами умерших, а что это просто тени ее всмогущих индийских друзей в астральных телах» [14, с.154, 155] Какое значение имеет имя? Называла ли она их «Радж-Йогами» или «Махатмами», Е.П.Б. говорила об одних и тех же существах.

В 1895 г. в январском номере журнала «Lucifer» Желиховская писала: «Что касается меня, то я никогда Их не видала, но у меня нет основания и отвергать Их существование. Когда я иногда и высказывала сестре свои сомнения, она неизменно мне отвечала: «Я хотела бы от тебя лучшего понимания!»

Д-р Безант в одной из статей писала, что Блаватская уехала в Египет и Персию в 1863 г. и пересекла Центральную Азию по дороге в Тибет в 1864 г., но эту дату надо поправить на один год, так как по сообщению ее сестры Веры, прежде, чем сделать третью попытку повстречаться с ее Учителем в Тибете, она отправилась «сначала в Грецию», и очень возможно, что она провела некоторое время с ее единомышленником по оккультным занятиям Илларионом, который жил на Кипре, и получила от него указания. Она его называла: «Один греческий господин, которого я знала еще с 1860 г.»

Из Греции она последовала в Египет, а оттуда, чтобы попасть в Персию, ей надо было пересечь Сирию. Свои впечатления от этого путешествия она частично описала во втором томе «Разоблаченной Изиды». Приведем несколько отрывков:

«Если кто захочет убедиться в том, что еще и в наше время существует религия, которая в течение сотен лет сумела избежать наглых преследований миссионеров и настойчивого любопытства ученых, то пусть он постарается проникнуть в тайны сирийских друзов. Селения их рассеяны в долине, расположенной к востоку от Дамаска. Полагают, что в состав племени входит около 80 тысяч воинов.

Они не стремятся иметь последователей, избегают известности, сохраняют дружбу, насколько это оказывается возможным, и с христианами, и с магометанами, уважают религии каждой секты, каждого народа, но никогда не раскрывают своих тайн. Тщетно миссионеры клеймят их, называя неверными, идолопоклонниками, бандитами и ворами — ни угроза, ни подкуп, ни какие-либо иные побуждения не заставят друза принять догматическое христианство. Мы слышали лишь о двух за 50 лет обращенных в христианство друзах. Жизнь их завершилась в тюрьме, куда они попали за беспробудное пьянство и воровство. Не было случая, чтобы посвященный друз (окхал) принял христианство, а что касается непосвященных, то никому из них не разрешается даже увидеть священные писания друзов, и они не имеют ни малейшего представления о том, где они хранятся…

Некоторые сирийские миссионеры хвастались тем, что им удалось достать какие-то списки, но то, что ими представлялось, как подлинные образцы тайных книг (например, сделанный в 1701 году Пти-де-ля-Круа перевод труда, подаренного французскому королю Наср-Аллахом), оказались лишь компиляцией «тайн», более или менее известных каждому жителю южной части Ливана…

Основным религиозным догматом друзов является абсолютное единство Бога. Он является основой и сущностью жизни и, хотя Он непостижим и невидим, Его можно познать через происходящие время от времени Его проявления в человеческой форме. Как и индусы, друзы утверждают, что Он не раз воплощался на земле. Хамса (Hamsa) был предтечей ожидаемого пришествия (десятого Аватара). Хамса был олицетворением «Вселенской Мудрости». Бохаед-дин в своих писаниях называет его Мессией… Все Его многочисленные ученики в разные эпохи передавали Его мудрость человечеству. Ступеней их дальнейшего продвижения после посвящения — пять. Первые три символизируются тремя ступенями подсвечника в Святилище, который поддерживает свет пяти элементов. Последние две ступени — высочайшие…

Их ритуалы неизвестны посторонним и будущие историки будут отрицать, что у них вообще были ритуалы. Их «четверговые собрания» открыты для всех, но никто из посетителей не допускается присутствовать на церемонии посвящения, которая проводится время от времени по пятницам в величайшей тайне. Через нее проходят не только мужчины, но и женщины, и они играют большую роль в посвящении мужчин. Предварительные испытания обычно продолжительны и очень строги. Изредка, через большие промежутки времени, проводится торжественная церемония, в течение которой все старшие члены общины и посвященные двух высших ступеней отправляются в паломничество в какое-то место в горах на несколько дней. Они находятся это время в монастыре, который был создан в ранние годы христианской эры. Внешне этот монастырь выглядит как руины когда-то существовавшего большого строения. Утверждают, что в нем проводили богослужения гностики в те времена, когда они подвергались гонениям. Но наземные руины — это только маскировка, под ними в земле на большом пространстве расположены часовни, залы, кельи и т. п. Как говорил один из посвященных, богатство внутреннего убранства, красота древних скульптур, золотых и серебряных сосудов, не поддаются описанию.

Подобно тому, как в монгольских и тибетских ламаистских монастырях при выполнении некоторых священных церемониалов появляется священная тень «Господа Будды», так и здесь, во время этого церемониала появляется блистательная эфирная форма Хамсы Благословенного, наставляющего верующих.

Хамса и Иисус были смертными людьми, но термины «Хамса» и «Христос» в их внутреннем скрытом значении идентичны, — они выражают Nous, Божественный Дух, заключенный в человеке. Доктрина друзов, утверждающая двойственность природы человека, состоящей из смертной души и бессмертного Духа, совпадает с учением гностиков, древних греческих философов и других посвященных…» [5, т. II, с. 308—315]

«Вне Востока мы встретили одного (и только одного) человека, который по только ему известным причинам не делает тайны из того, что он был посвящен в Ливанском Братстве. Это ученый и путешественник, профессор А. Л. Роусон (A. L. Rawson) из Нью-Йорка. Он много лет путешествовал по Востоку, был несколько раз в Палестине, был в Мексике. Можно сказать, что он обладает бесценным собранием сведений о раннем периоде христианской церкви, ибо он имел свободный доступ в хранилища, закрытые для обычного путешественника». [5, т. II, с.312]

Профессор Роусон в своей книге «Две г-жи Блаватские» писал: «Я считаю, что не может быть сомнения в том, что г-жа Блаватская знает многие, если не все, ритуалы, церемонии, обряды, выполняемые ливанскими горцами-друзами, так как она со мною говорила о таких вещах, которые знают только получившие там посвящение. В своих странствиях по Ближнему Востоку я часто слышал ее имя — в Триполи, Катаре, Дамаске, Иерусалиме и Каире. Ее хорошо знал один торговец в Джидде. Он показывал мне кольцо с ее инициалами, которое она ему подарила. Слуга этого торговца, бывший ранее погонщиком верблюдов, говорил, что он был ее переводчиком и вел нанятые ею верблюды от Джидды до Мекки. Я спросил о ней у шерифа Мекки, но он ничего о ней не знал, — должно быть ради безопасности она путешествовала инкогнито. Я был тогда в Мекке под видом «магометанина, в качестве секретаря Камил-паши». [8, т. VII, с.30а]

В «Разоблаченной Изиде» Блаватская писала о йезидах: «Мы встретили некоторые секты, практикующие настоящее колдовство. К ним принадлежит секта йезидов. Некоторые считают их курдским племенем, но я думаю, что они ошибаются. Живут они, главным образом, в заброшенных горных районах Азиатской Турции, вблизи Мосула, в Армении и даже в Сирии и Месопотамии. Всюду их знают, как поклонников Сатаны… И безусловно, не от невежества или умственного помрачения они установили это поклонение и постоянные взаимоотношения с самыми низшими и самыми злобными элементалями. Они понимают всю злобность главы «темных сил», но в то же время страшатся его силы и потому стараются снискать его благосклонность. Они говорят, что он находится в состоянии постоянной войны с Аллахом, но когда-нибудь может произойти примирение между ними, и тогда те, кто проявлял неуважение к «темному», могут пострадать, имея против себя и Бога, и Сатану. Эту хитрую политику умилостивления его сатанинского величества проявляли и древние варяги и славяне-русы, поклоняясь Чернобогу до того, как они приняли христианство.