— Вы могли бы ответить на несколько вопросов? — продолжал Дубинин, — Мы из прокуратуры. Вы политики понимаете, что нападение на вас и убийство Галины Николаевны вызвало большой шум. Дело взято под контроль Кремля.
Лицо, выглядывавшее из кокона, презрительно скривилось.
— Это мы обсуждать не будем, тем более что у нас две минуты, — продолжал Осаф Александрович, — скажите, пожалуйста, вы стояли у въезда во двор и видели все, что произошло?
Тимур качнул головой:
— Нет, я пошел к машине. Потом услышал крик и вернулся. Я видел, что идет борьба, не сразу понял, что это собака. Господи, — прошептал он, — как он рычал.
— То есть вы сначала подумали, что на нее напал человек? — уточнил Дмитрий.
— Нет, — покачал головой Тимур. — Я думал, это зверь. Пантера. Тигр. Медведь. Страшный кто-то.
— Что ни страница, то слон, то львица, — задумчиво проговорил Осаф Александрович.
— Только когда он бросился на меня, я понял, что это пес. Я хотел убежать, не мог.
— Скажите, а людей вы не видели рядом, не обязательно во дворе? На набережной Карповки, например?
— Не было никого. Я бы заметил.
— Собака ведь туда не на метро приехала, — сказал Самарин. — И хозяин, не знаю, как его называть, находился поблизости. Кому-то ведь нужно было сказать «фас».
— В подворотне…
— Скорее всего, — кивнул Дубинин.
— Стоял и смотрел, хорошо ли его питомец справляется с заданием.
— Вы собачник, Дмитрий Евгеньевич? — спросил Дубинин.
— Вроде того.
— То-то я смотрю, вы к собакам неровно дышите.
— Обидно за пса, — сказал Самарин, — Ведь они не люди, они злыми не рождаются, их такими специально воспитывают. Чудовищно!
— Эмоции оставьте, Дима, мы расстраиваем Тимура Баягировича. Скажите, почему вы пошли к машине, а не дождались, пока Галина Николаевна войдет в подъезд?
— Сам не пойму, — сказал Тимур, — Она уже почти дошла, у самой двери была. Оглянулась и рукой мне махнула, мол, иди. Ну, я и пошел.
— Начальство велело, он пошел, — задумчиво сказал Дубинин. — Она была у самой двери?
— Конечно. Оставалось набрать код и войти.
— А если по существу, — спросил Самарин, — кого вы подозреваете? Я имею в виду не эту мразь с собакой, а заказчика.
— Так ведь… — начал Тимур, — многих, и никого конкретно…
В дверях появился медбрат. Аудиенцию пора было заканчивать.
— Ну, поправляйтесь, — сказал Самарин. — Если вспомните что-нибудь, вот телефон. Звоните.
— Обязательно.
Самарин с Дубининым вышли в больничный коридор.
— А кодовый замок там старорежимный. — заметил Самарин, — я утром зашел, осмотрел. Несложный — набираешь цифры, опускаешь колечко. Они часто заедают, и вообще с ними больше возни. Его вмиг не откроешь.