— Шея Полли выдерживала и больший вес, — сказал он на ухо Уиллу.
И они поехали, покачиваясь, на спине неторопливой лошади, которая, слегка пошатываясь, шлепала по быстро растущему потоку, удаляясь от рощи грачей, от дома Стэнтонов.
— Куда мы направляемся? — закричал Уилл, испуганно вглядываясь в темноту. Он не видел вокруг ничего, кроме бешеного водного потока, освещенного лучом Знаков.
— Мы едем, чтобы начать Охоту, — проскрипел скрипучий старый голос над его ухом.
— Охоту? Какую Охоту? Джордж, я должен найти Мэри, они ее похитили. И я потерял Пола.
— Мы едем, чтобы начать Охоту, — настойчиво повторил голос за его спиной. — Я видел Пола, он в безопасности и сейчас возвращается домой. Мэри ты найдешь в свое время. Пришло время Охотника, Уилл, белая лошадь должна прийти к Охотнику, и ты должен привести ее к нему. Таков порядок вещей, о котором ты забыл. Река идет в долину, и белая лошадь должна прийти к Охотнику. А потом мы увидим, что произойдет дальше. У нас есть работа, Уилл.
Дождь хлестал их все сильнее, и где-то вдалеке загрохотал гром. А огромный тяжеловоз Поллакс терпеливо шлепал вперед по коричневой бурной реке, которая когда-то была проездом Охотничьей лощины.
Было невозможно определить, где они находились. Ветер поднимался, и Уилл слышал, как шумят деревья под всплески мерных шагов Поллакса. Только изредка в деревенских окнах мелькал свет; электричества, скорее всего, все еще не было из-за аварии или из-за происков Тьмы. В любом случае большинство жителей деревни все еще оставались в поместье.
— Где Мерримен? — спросил Уилл сквозь шум дождя.
— В поместье, — прокричал ему в ответ Джордж. — С фермером. В осаде.
— Вы хотите сказать, что они в ловушке? — Голос Уилла чуть не сорвался на крик от волнения.
Старый Джордж ответил почти шепотом, его едва можно было расслышать:
— Они отвлекают внимание, чтобы мы могли работать. И вода тоже доставляет немало хлопот. Посмотри вниз, мальчик.
Знаки освещали предметы, проплывающие мимо них в бурлящей воде: плетеную корзину, несколько разорванных картонных коробок, ярко-красную свечку, спутанную связку ленточек. Неожиданно Уилл узнал одну ленточку, она была ярко-фиолетовой в желтую клетку, в Рождество Мэри сняла ее с обертки одного из подарков и аккуратно свернула. Сестра была настоящей скопидомкой, как белочка, и лента отправилась в ее запасы.
— Это вещи из нашего дома, Джордж.
— Вода разлилась повсюду, — сказал пожилой человек, — а ваш дом находится в низине. Но опасности нет, не волнуйся. Это просто вода. Просто слякоть.
Уилл знал, что он был прав, но хотел бы убедиться в этом сам. Спохватившись, люди начали бы передвигать мебель и сворачивать ковры, собирать книги и все, что можно спасти. Эти первые плавающие в воде предметы, должно быть, были унесены водой раньше, чем кто-то заметил стихию…
Поллакс впервые оступился, и Уилл схватился за мокрую каштановую гриву; мальчик чуть было не соскользнул вниз, в бурлящий поток воды. Джордж ласково успокоил лошадь, а та втянула воздух и зашмыгала носом. Уилл мог сейчас видеть несколько тусклых огней, которые горели в больших домах на возвышенности в конце деревни. Это говорило о том, что они приближаются к Общинным землям, если они еще оставались землями, а не превратились в озеро.
Что-то менялось. Мальчик прищурился. Уходящий вдаль водный поток трудно было разглядеть. Потом Уилл заметил, что свет, исходивший от Знаков на его руке, становится все более тусклым, а вскоре совсем рассеялся, и они оказались в полной темноте. Когда свет погас, Старый Джордж сказал тихим голосом:
— Тпру, Полли. — Тяжеловоз остановился в воде, которая бурлила у его ног. — Здесь я должен оставить тебя, Уилл, — произнес Джордж.
— Да? — пробормотал Уилл, почувствовав себя брошенным.
— Таков порядок, — пояснил Старый Джордж, — именно ты должен привести белую лошадь к Охотнику. Это произойдет, если ты не попадешь в беду. И вот тебе два совета, как не попасть в беду. Первый — света будет достаточно, чтобы видеть, если после того, как я уйду, ты досчитаешь до ста. А второй — помни о том, что ты уже знаешь: текущая вода свободна от магии. — Он успокаивающе похлопал Уилла по плечу. — Оберни ремень со Знаками снова вокруг пояса, — посоветовал он, — и спускайся.
При одной мысли о холодной воде мурашки побежали по коже Уилла. Спина Поллакса была так высоко над землей, что, спрыгнув вниз, Уилл шлепнулся в водный поток, как кирпич. Но мальчик не почувствовал холода; только дождь продолжал хлестать по нему, но и он был теперь мягче и нежнее и, казалось, помогал ему не замерзнуть.
Старый Джордж сказал:
— Я иду собирать Охоту.
И, не сказав больше ни слова, он направил Поллакса по воде в сторону Общинных земель и вскоре исчез в темноте.
Уилл взобрался на снежный берег дороги-реки, отыскав место, где мог бы стоять, не рискуя упасть, и начал считать до ста. Но, едва досчитав до семидесяти, он понял, что имел в виду Старый Джордж. Постепенно темнота начала светиться, словно сама по себе. Текущая вода, изрытый снег, высокие деревья — все это он мог теперь видеть в тусклом, сероватом, словно сумеречном, свете. И вдруг в стремительном потоке перед ним проплыл предмет, увидев который Уилл чуть было не свалился в воду от изумления.
Первым делом появились оленьи рога, лениво покачиваясь из стороны в сторону, как будто огромная голова кивала всем вокруг. Затем он разглядел цвета: ярко-синий, желтый и красный, такие же яркие, как и в рождественское утро. Пока еще глаз не мог различить детали странного лица: птичьи глаза, заостренные волчьи уши. Но, без сомнения, это была карнавальная маска — странный подарок старого жителя Ямайки, который прислал ему Стефан.
Уилл издал звук, похожий на всхлипывание, и отчаянно прыгнул вперед, чтобы схватить маску, прежде чем вода унесет ее. Но он поскользнулся, и, пока пытался восстановить равновесие, чтобы не упасть, огромная гротескная голова уплыла и скрылась из виду. Уилл быстро побежал вдоль дороги по снегу. Эта была вещь Носителей Света, и прислал ее Стефан, а он потерял ее и теперь должен любой ценой вернуть. Но внезапно он вспомнил слова Джорджа и остановился. Текущая вода свободна от магии, говорил ему Старый Джордж. Маска плыла в стремительном потоке воды, и, пока она там оставалась, никто не мог причинить ей вред или использовать ее в дурных целях.
Уилл заставил себя не думать о маске. Открытое пространство Общинных земель протянулось перед ним, подсвеченное странным мерцанием, исходившим, казалось, из воздуха. Все было неподвижным. Даже скот, который обычно в туманные дни неясно вырисовывался где-то вдали, сейчас находился под крышей на фермах, загнанный туда снегом. Уилл двигался очень медленно. Затем шум воды, к которому его уши уже привыкли, начал меняться. Он становился все громче и громче, и прямо перед Уиллом стремительный поток, наводнявший проезд Охотничьей лощины, повернул в сторону и, слившись с другим маленьким потоком, одной бурлящей пенящейся рекой обрушился на Общинные земли. А дорога, по которой еще недавно стремительно неслась вода, была теперь свободной, твердой и светилась; именно по этой дороге, как чувствовал Уилл, ушел Старый Джордж. Мальчику тоже хотелось пойти этой дорогой, но он знал, что ему было по пути с рекой, интуиция Носителя Света подсказывала ему, что вода укажет, как привести белую лошадь к Охотнику.