Теперь собаки кружились друг возле друга, яростно рыча и поднимая вокруг себя облако пыли с подсохшего, посыпанного песком участка двора. Клочья шерсти с горла и груди Роя так и летели в воздух, когда Рита делала тщетную попытку схватить его. Но челюсти Роя держали добермана крепко, и понемногу рычание Риты стало переходить в легкое повизгивание, а затем и в пронзительный визг.
Драка уже закончилась, когда раздался голос дворника:
— Что, собственно, здесь происходит?
Томи вздрогнул. Он совсем забыл про хозяина добермана.
— Что за черт! — закричал дворник, подбегая к месту происшествия. — Рита, взять его!
— Вы с ума сошли! — воскликнула Муурикки.
Дворник обернулся к учительнице.
— Рита еще вам покажет!.. Рита, взять его!
Бедняга доберман рухнул на колени.
Рой ослабил хватку.
— Взять его, Рита!
Собака упала и перевернулась на спину в знак капитуляции. Она уже совсем выдохлась. Собаки дрались до тех пор, пока у них хватало духу.
— Рой, ко мне!
Томи посмотрел на Риту.
Что сделает доберман?
Он остался лежать на месте. Откуда-то из глубины его горла слышалось повизгивание.
Томи охватила сильнейшая жалость к собаке. Рита всего-навсего вела себя так, как и должна была вести себя любая собака в подобной ситуации.
Нагнувшись, чтобы осмотреть и обласкать Роя, Томи сказал вслух:
— Если в дворнике есть хоть капля от настоящего собачника, он теперь подойдет и подбодрит Риту.
— Я не нуждаюсь в советах разных щенков, — проворчал дворник, но все же подошел к своей собаке.
Юсси опустился на колени рядом с Томи.
— Как дела у Роя?
— Несколько царапин на шкуре, и вырвано несколько клочков шерсти, в остальном все в порядке.
Томи обнял собаку и ободряюще пошептал ей на ухо.
— Она спасла Юсси жизнь, — со вздохом произнесла Яана где-то поблизости.
— Да, хотя и не стоило бы, — отозвался Юсси.
— И вероятно, еще кое-кому из нас, — произнесла Муурикки бесцветным сверхофициальным голосом. Лицо ее было серым, как цемент.
Томи поднялся и посмотрел на Муурикки.
Учительница совершенно права! Если бы Рита растерзала Юсси, то затем она набросилась бы и на других. Лауронен все еще держал в руке ее плошку.
Он тоже посмотрел на Муурикки.