— Вздуть бы его, — сказал Паршивец Хилтунен, стоявший у ворот. — Совсем взрослый мальчишка, а порядка не знает.
Томи встал:
— Плевал я на вас, на всю вашу шайку-лейку.
Человек с ружьем сощурил глаза.
— А ведь мы можем и поучить, как подобает вести себя. Но прежде разберемся с собакой. Ты думаешь, мы не найдем ее?
— Ищите, если хотите.
— А если она у него в доме? — сказал Копонен.
Мужчина, поколебавшись, сказал:
— Опасную собаку можно достать и оттуда.
— Ее нет в доме, — сказал Сойкелли. — Я сунул резиновую жвачку в дверную щель, когда мы сюда наведывались.
У Сойккели была голова на плечах. Правда, жвачка могла остаться на двери, если даже дверь открывали. Краешком глаза Томи заметил, что жевательная резинка еле-еле держится на дверной раме.
Герой с дробовиком тоже увидел жвачку.
— Собака где-то здесь, во дворе, — сказал он. — Нужно найти ее.
Мальчишки из домов-башен рассыпались по всему двору. Одни обследовали кусты, другие кружили вокруг дома. Человек с ружьем снова подошел к гаражу.
Томи разбирал смех. «Ты и не догадываешься, дядёк, как близко от тебя то, что ты ищешь».
Лишь бы собака не зарычала или, того хуже, не залаяла!
Страх приковал Томи к месту. Как он не подумал об этом? Собаке стоило подать голос, чтобы выдать себя.
После нескольких минут поисков человек с ружьем подошел к Томи, стоявшему посреди двора.
— Чего мы торгуемся на глазах у всех? Давай-ка договоримся. Я уплачу тебе за собаку пятьдесят марок. — Герой с дробовиком нагнулся еще ближе к Томи. — Может, и от отца Яксю ты получишь пятьдесят марок, если я приведу к нему собаку. Полагаю, он выбьет дурь из этой шавки, прежде чем я пристрелю ее.
Томи не сомневался в этом. Ребята в школе говорили, что Яксю стал тем, чем был, благодаря отцу, его побоям. Яксю определенно не знал иного обращения с людьми, кроме ругани и драки. По таким правилам они жили.
— Спрашиваю в последний раз, где собака? — Голос мужчины был уже другим.
Кто-то появился на соседнем дворе.
Томи вздрогнул: это была Марке. Она вышла снять с веревки белье — черные тучи вдруг заволокли все небо.
Человек с дробовиком обратился к Марке:
— Вы, сударыня, случайно не знаете, где прячется овчарка?
Марке посмотрела на него, потом на Томи.
— Какая овчарка? — медленно спросила она.
Томи перевел дух. Ему следовало бы знать, что Марке прекрасно понимает, что к чему. И она не из тех, кто любит зря чесать языком.
— Стало быть, вы не видели, как этот мальчишка вошел во двор с собакой?
— Томи я видела. Но у него нет никакой собаки. И никогда не было.