Суровый воздух: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Ну да? – И они снова обменялись рукопожатиями. – Летаешь все?

– Спрашиваешь! Разве истинный летун изменит своей богине? – в тон ему ответил Черенок.

Разговорились, вспомнили госпиталь, Черкесск, колхозников с хутора Николаевского, врачей, сестер. Корнев поинтересовался, не встречался ли Черенок с кем-либо из них, не получает ли писем?

– И письма получаю, и встречался, и даже самолет от хуторян в подарок получил. Собственный теперь имею.

– Ба-ба-ба… Да ты, оказывается, совсем богачом стал.

– На то и авиация!.. – улыбнулся летчик.

– Ну-ну, не хвастай, – перебил его Корнев. – Мы и сами не лыком шиты… У меня в дивизионе все пушечки приобретены на средства, собранные комсомольцами Магнитогорска!

Разговор друзей затянулся бы надолго, если бы их не прервали. Майор внутренних войск пригласил всех в зал.

Торжественная церемония вручения наград, встреча с членами правительства произвели на Черенка неизгладимое впечатление. Это было совершенно новое, ранее не испытанное чувство.

В памяти промелькнула вся его жизнь: сиротство, детский дом, учеба, родной полк, тяжелое ранение, Галинка. И хотя среди награжденных больше было военных, да и сам он, Черенок, вновь собирался на фронт, где еще предстояло неизвестно сколько времени провести в суровом воздухе войны, здесь как-то яснее думалось о мире. Спокойствие присутствующих, и то, что, несмотря на такое трудное для страны время, правительство в торжественной. обстановке вручает им награды, говорило о великой вере в победу.

Здесь, в Кремле, Черенок почувствовал себя сильнее. Лицо его озарила благородная гордость человека, прошедшего сквозь массу опасностей и страданий и готового пройти все снова, если это потребуется. В душе хотелось, чтобы с ним вместе были сейчас все его товарищи по оружию, чтоб все они испытали это волнующее чувство.

Выйдя на Красную площадь; офицеры остановились и, словно сговорившись, вместе закурили. Первые минуты, пока не улеглось волнение, молчали, бросая друг на друга короткие взгляды, потом разговорились. Холодный ветер обжигал разгоряченные лица. Но они не чувствовали холода и медленно шли вдоль кремлевской стены.

Снег скрипел под ногами. Между серых громоздких туч проглядывало голубое небо, и скупые лучи зимнего солнца, прорываясь из-за туч, падали на землю светлыми пятнами. И там, где появлялись они, все на несколько минут вспыхивало, сверкало ярким блеском. Вот снова солнечная полянка промчалась по площади, мелькнула на цветной шапке храма Василия Блаженного и затерялась где-то на крышах Замоскворечья. Черенок проследил за ней взглядом, и в памяти его встали все эти дымные годы войны и среди них сегодняшний день – день, похожий на эту радостную солнечную полянку. Думы Черенка прервал голос Корнева.

– Зайдем куда-нибудь перекусить, – предложил он.

– В принципе я не против, но… знаешь…

– А ты без «но» и «знаешь», пойдем и все…

Он решительно потащил за собой Черенка, но тот остановил его.

– Видишь ли, бомбардир, меня тут недалеко ожидают…

Майор, покосившись, недоверчиво хмыкнул.

– Девушка, – пояснил Черенок.

– Фью-у! – присвистнул Корнев. – Ты, брат, оказывается, в Москве времени зря не теряешь… Но это положения не меняет. Даже лучше. Юбилейный обед холостяков, так сказать, в дамском обществе, среди цветов жизни… – прищелкнул он пальцами. – Великолепно!, Пойдем, летун, пойдем… Покажи свою девушку-москвичку.

Они подошли к музею Ленина. У входа в музей стояла Галина. Она ждала, должно быть, уже давно, озябла и, постукивая нога об ногу, с нетерпением оглядывалась по сторонам. Серая меховая шапочка, повязанная поверх пуховым платком, высокий меховой воротник, серебряный спереди от дыхания, почти совсем закрывали ее лицо, оставляя открытыми лишь черные глаза, ласково заулыбавшиеся подходившему Черенку.

– Галина, смотри, кого я привел! Узнаешь? – весело, спросил он, указывая на Корнева.

Девушка посмотрела на майора, лицо которого приобрело такое выражение, словно он пытался вспомнить какую-то сложнейшую формулу артиллерийских расчетов и не мог. Он то своди брови в одну нитку, то вскидывал их вверх, снова сводил и вскидывал и, наконец, уверенно произнес:

– Видел. Точно видел. Но где? Подожди, да ведь это же… черкесская фея!

Галина засмеялась. Она тоже вспомнила артиллерийского капитана, бродившего по госпиталю на костылях.

– Я вас не узнал, а это верный признак того, что вы будете счастливы… – говорил здороваясь Корнев.

– О-о… Я на меньшее и не рассчитываю… – шутя ответила девушка и повернулась к Черенку.

– Ну, говори скорее, не томи… – заторопила она.

– Галя, все хорошо… – взволнованно ответил летчик.