— Боже! — Оливия откинулась на спинку стула.
— Так что ты понимаешь, почему я не рассказал Анни о своей встрече с ее отцом. Она была так подавлена тем, что не узнала о случившемся вовремя и не попала на похороны отца. Господи! — Алек недоуменно покачал головой. — А вот ее мать не постеснялась появиться на похоронах дочери. Я даже не подошел к ней, хотя мог бы многое ей сказать. Чертова сука! — Он виновато взглянул на Оливию. — Прости, сорвалось.
Она рассмеялась, и Алек улыбнулся в ответ.
— И как это меня снова занесло? Ладно, хватит об Анни, вернемся к завтрашнему ток-шоу. Ты как, готова?
— Думаю, да, — кивнула Оливия.
— Я заеду за тобой около десяти.
Официант унес тарелки, они заказали кофе. Оливия заметила, что Алек улыбается своим мыслям, размешивая сахар в чашке.
— Алек! — негромко окликнула она.
— Гм?
— Ты сегодня не похож на себя.
— Неужели? Это хорошо или плохо?
— Это просто замечательно. Ты выглядишь спокойным, даже когда говоришь о родителях Анни.
Алек кивнул.
— Я чувствую себя гораздо лучше. С каждым днем мое состояние понемногу меняется. — Пламя свечи играло на радужке его глаз. — И этой переменой я во многом обязан тебе. Ты выслушиваешь меня, позволяешь мне высказаться, поплакаться в жилетку. И мой сегодняшний выход на работу — это тоже твоя победа. Спасибо, Оливия.
Она почувствовала, как их колени под столом соприкоснулись, и на этот раз не стала отодвигаться.
Они вышли из ресторана. Из парка, расположенного неподалеку, доносилась громкая музыка. Разноцветные фонарики придавали окрестностям праздничный вид. Алек вел Оливию к машине, легко касаясь ее спины, но она остро ощущала его прикосновение.
Трое подростков пересекали стоянку, вероятно срезая угол, чтобы побыстрее добраться до аттракционов. Они подошли совсем близко, прежде чем Оливия узнала Лэйси и ее друзей, которых видела в больнице.
— Папа? — Лэйси застыла в нескольких шагах от них. Алек напрягся, поспешно опустил руку.
— Привет, Лэйси, Джессика. — Алек посмотрел на парня, шедшего между подружками. А его дочь не сводила с Оливии взгляда, полного изумления и ужаса.
Оливия нарушила молчание.
— Мне нравится твоя стрижка, Лэйси, — сказала она. — В декабре ты выглядела иначе.
Она пристально посмотрела в глаза девочке, давая понять, что ни словом не обмолвилась ее отцу о том, что они встречались в отделении неотложной помощи совсем недавно.
— Это Оливия Саймон. Познакомься, Лэйси. — С этими словами Алек отодвинулся от Оливии. — Ты ее помнишь?
Девочка быстро кивнула, но Алек, казалось, этого не заметил. Он протянул руку парню и представился:
— Я отец Лэйси.
— Бобби. — Тот торжественно потряс руку Алека.
— И куда это вы, ребята, направляетесь? — спросил Алек.
— На аттракционы, папа. — Лэйси прошла мимо, и ее друзья последовали за ней.
— Что ж, повеселитесь как следует, — крикнул Алек им вслед. Он посмотрел на Оливию, и они направились к «Бронко». Теперь их разделяло несколько шагов, но Оливии они казались милями.
Пока они садились в машину, Алек не проронил ни слова. Он обернулся назад, выводя машину на улицу задним ходом, но в ярком, веселом свете фонарей парка развлечений Оливия увидела, как побелели костяшки его пальцев, вцепившихся в руль. Алек повернул в сторону больницы. Оливия решила, что ему не терпится от нее избавиться, не хочется везти ее обратно в Килл-Дэвил-Хиллз. Он бы с большим удовольствием поехал прямо домой.