Черный камень: читать начало книги онлайн

— Нет, туда не ходи, — замотал головой лесовик. — Там обязательно сгинешь.

— Спасибо, теперь я понял, куда мне идти, — поблагодарил Филипп и отправился направо.

— Понятливые все стали, — вслед ему обиженно проворчал лесовик. — Не обмануть никого, не погубить. Ну времена! Ну нравы! Эй! — крикнул старичок Филиппу, когда тот уже почти скрылся за деревьями. — Зайди, хотя бы бледных поганок и мухоморов поешь. Должен же я тебе чем-то отплатить за работу.

— Спасибо, я поганок не ем, — помахав лесовику рукой, в ответ прокричал Филипп.

— Ну народ пошел! — забираясь в кусты, продолжал ворчать коварный старичок. — Грамотные все стали. Прямо хоть лес вырубай и записывайся в домовые.

Филипп довольно быстро отыскал свою тропинку и отравился дальше. Солнце уже стояло прямо над головой, и когда Филипп выходил из-под деревьев, он чувствовал его горячее прикосновение.

Филипп шел и думал, что ему давно пора подзаправиться и хотя бы полчасика отдохнуть: полежать на поляне или на берегу лесного озерца. Но ельник сменялся лиственным лесом, а тот, в свою очередь, сосновым бором, и на всем пути ему не повстречалось ни одного подходящего безопасного места. Филипп начал было на ходу искать орехи или ягоды, но не нашел ни одного куста и ни одной землянички. Вдоль тропинки росли лишь могучие деревья, которые давали глубокую тень. Забираться же в глухомань было боязно.

Так и пришлось Филиппу идти голодным. А ближе к вечеру он до того намаялся, что уже и не помышлял о еде. Филипп думал только о том, где бы преклонить голову и немного поспать. Но как назло на пути у него все чаще стали попадаться глубокие сырые овраги и топкие болота. Едва он выбирался наверх, как ему снова приходилось спускаться к воде. С приближением ночи его начали допекать анчутки. И хотя они побаивались нападать, Филипп старался обходить их стороной. В общем до самой ночи отдохнуть ему так и не пришлось.

За час до заката солнца Филипп вдруг остановился как вкопанный. Впереди над самой тропинкой он увидел подменыша. Тот был привязан за одну ногу и висел на веревке вниз головой в метре от земли. Руки его плетьми безжизненно свисали вниз, глаза были закрыты, а лук с колчаном валялись прямо под ним.

— Эй, — тихо позвал его Филипп. — Ты живой?

Кинтохо открыл глаза и мученически произнес:

— Вроде бы живой. Но мне осталось совсем немного. Скоро наступит ночь, и меня слопают.

— Что-то ты часто попадаешь в ловушки, — усмехнулся Филипп.

— Попадаю, — печально согласился маленький пройдоха. — Только радоваться здесь нечему. Все-таки твой друг оказался в беде.

— Мой друг! — возмутился Филипп. — И ты ещё смеешь называть меня своим другом?! Да если бы ты не висел как сосиска, я бы тебе так навалял, запомнил бы на всю жизнь.

— Да, я тебя считаю своим другом! — неожиданно воскликнул Кинтохо. — Ты хотя бы знаешь, кто меня здесь подвесил? Знаешь?!

— Не знаю и знать не хочу, — собираясь уходить, ответил Филипп. — Меня ваши дела больше не интересуют.

— Это дядюшка упырь! — ещё громче закричал подменыш. — А знаешь, за что он меня наказал?

— Понятно за что, — усмехнулся Филипп. — Небось, подстроил этому людоеду какую-нибудь гадость. Ты только гадости и умеешь делать. А на хорошие дела…

— За то, что я пытался тебя спасти, — перебил его Кинтохо. — Если не веришь, спроси у вон у анчутки.

— Ага, — каркнул кто-то над головой у Филиппа.

— Не ври! — на этот раз закричал Филипп и посмотрел наверх. Там на ветке сидело крылатое существо с черной обезьяньей мордочкой и жадно смотрело на Филиппа. — Я удивляюсь, как ты можешь так нагло врать! возмущенно добавил Филипп.

— А я удивляюсь, как ты можешь так нагло не верить человеку? Мне может осталось жить всего один час, — ответил подменыш и тихонько добавил: — Если, конечно, ты меня не освободишь.

— Сам же говорил, что ты не человек, а нечистая сила, — вспомнил Филипп. Потихоньку он начинал сдаваться. Кинтохо так убедительно и горячо убеждал его в своей невиновности, что Филипп засомневался, а правда ли были те предательства? Может ему только показалось, и этот дикарь действительно каждый раз пытался его спасти?

— Это я был нечистью, когда жил у кикиморы, — вздохнул подменыш. — Они выгнали меня из дома, и я снова стал человеком. Посмотри на меня. Разве я похож на всех этих леших и упырей? Или может я похож на русалку? Я такой же, как ты. Не веришь, спроси у анчутки.

— Ага, — снова каркнул крылатый.

— Большего жулика я в жизни не встречал, — неуверенно проговорил Филипп. — Два раза я спасал тебе жизнь, и оба раза ты отплатил мне предательством. В общем, освобождать я тебя больше не буду. Прощай, я пошел.

— Ну и иди! — со слезами в голосе тихо произнес Кинтохо. Закрыв глаза, он уронил руки вниз и обреченно проговорил: — Ты умеешь только болтать, а сам не лучше нечисти. А ещё возмущаешься, какие мы здесь все нехорошие. Тоже мне, хороший нашелся.

Негодуя, Филипп отошел от подменыша на несколько шагов, но затем быстро вернулся и сказал:

— Ладно, я тебя освобожу, и иди своей дорогой. Я тебя больше знать не желаю. — Он достал перочинный ножичек и принялся перерезать веревку. От голода и слабости руки у Филиппа дрожали, и ему пришлось изрядно повозиться, прежде чем он справился с толстой волосяной веревкой.