Азбука православного вероучения: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

,

(ед. число)

(Быт. 1:26-27).

Перед смешением языков и рассеянием людей после столпотворения Вавилонского, читаем:

, а дальше читаем:

(Быт. 11:7-8). Таким образом, к Кому относится сотворим, смешаем, к Тому относится сотворил и смешал. «Видите ли, — спрашивает Блаженный Августин, — Авраам увидел трех, а поклоняется Единому? Узрев трех, он уразумел таинство Св. Троицы, а поклоняясь Единому, он (Авраам) исповедал Единого Бога в Трех Лицах».

Уже в Ветхом Завете говорится и о Личных свойствах Пресвятой Троицы:

(Пс. 2:7);

(Пс. 109:1);

(Ис. 11:2-3).

Что же касается Нового Завета, то в нем дано такое множество свидетельств о Троичности Лиц в Боге, что одно только перечисление цитат далеко выйдет за пределы этой статьи. Спаситель отправляет на проповедь Своих учеников, чтобы они научили

(Мф. 28:19). Св. Иоанн Богослов со всей ясностью подчеркивает троичность Лиц Божества при Единстве их Сущности:

(1 Ин. 5:7).

Глубоко заблуждаются вольнодумцы, дерзающие утверждать, будто древняя Церковь Христова до четвертого века не знала догмата о Троичности Лиц в Боге. Плохо знают они историю Церкви! Учение о Троичности Лиц в Боге единогласно подтверждается отцами и учителями первого века (апостолы, Климент Римский, Игнатий Богоносец), второго века (Иустиниан Мученик, Афинагор), конца второго и начала третьего века (Климент Александрийский) и третьего века (Ориген). Кроме того, в сохранившихся актах мучеников запечатлено их предсмертное исповедание Пресвятой Троицы.

В древнейших символах веры (Иерусалимском, Римском, Кесарийском), в символах Афанасия Великого мы находим точнейшее изложение этого труднейшего догмата Церкви о Троичности Лиц в Боге.

Преклоняясь пред непостижимым, но ясно открытым человеку догматом Троичности Лиц в Боге, мы позволяем себе думать, но не утверждать, что Богу угодно было открыть человеку этот догмат, дабы помочь ему иметь хотя бы самое слабое представление о жизни Бога в Самом Себе. В этом догмате, мы узнаем, что у Личного, Сознательного и Любвеобильного Бога есть Своя, исключительно Божественная жизнь вне отношения Его к созданному миру. Неведомая для нас вся полнота внутренней жизни Бога в Его триипостасном Существе постигается нами в этом догмате как совершенная, неисчерпаемая Божественная Любовь, проявляющаяся в вечном рождении Сына от Отца и в вечном исхождении Духа Святого от Отца. Через тайну Троичности становится нам более понятной и тайна воплощения Сына Божия и сошествия Св. Духа на апостолов. Получается законченное, стройное мировоззрение, какового не найти ни в одной религии. Тайна Троичности как бы говорит человеку, что Бог — это не бездушный, безличный и равнодушный слепой; не «некто в сером», как утверждают некоторые умники, то есть не холодное начало, равнодушно смотрящее на мир и с каменным спокойствием произносящее: «Тише, человек родился». И с тем же равнодушием: «Тише, человек умер» («Жизнь Человека» Л. Андреева). Нет и нет, заблуждаетесь вы, положившиеся всецело на свой горделивый ум и дошедшие до геркулесовых столбов в своем умствовании!

Через тайну Троичности раскрывается, что Бог есть Любовь. Эта Любовь Божия проявилась не только в творении и промышлении о Мире: но в своей совершеннейшей, безграничной полноте она вечно пребывает в самом лоне Божества. В Боге от вечности была жизнь неисчерпаемой любви, вечное общение святой любви Отца, Сына и Св. Духа. Только тайна Св. Троичности, не посвящая нас во всю глубину необъятного для человеческого ума Существа Божия, никогда не оставалась без проявления, никогда не была себялюбием, указывая на вечное Божественное общение Лиц Св. Троицы».

О, как мы должны радоваться, что Господь открыл нам этот догмат! Какой ослепительной красотой и мудрым проникновением в эту тайну Троичности звучат поэтические слова песнопения: «Светлеется Троическим Единством Священнотайне!»

Христианский Бог Един, точнее, Единственный во Вселенной; но не одинок! 0тца и Сына и Святого Духа, Троицу Единосущную и Нераздельную прославляет Вселенская Христова Церковь! Крепко держись за эту нерушимую скалу, за это сокровище отцов твоих, указующее Тебе, родной изгнанник, путь не только личного спасения, но и духовного воскресения распятой Родины! Не обольщайся ложью! Видехом Свет истинный, прияхом Духа Небеснаго, обретохом веру истинную, Нераздельной Троице покланяемся: Та бо спасла историческую Русь, спасет и нас.

О ТВОРЕНИИ НЕВИДИМОГО ИЛИ АНГЕЛЬСКОГО МИРА

Единый Триипостасный Бог, обладая абсолютной полнотой всех совершенных качеств для вечной славы и блаженства в Своей исключительно Божественной жизни, мог и не создавать мир и человека. Но, будучи бесконечно благим и любвеобильным, Бог по Своему свободному изволению восхотел вызвать из небытия в бытие всю Вселенную, то есть силою Своего всемогущего слова (да будет!) создал из ничего мир и человека и с тех пор непрестанно промышляет о Своем творении.

Прежде всего Своей Божественной мыслью Бог создал из ничего мир невидимый, силы небесные, постоянных песнопевцев Его Божественной славы. Этот, так называемый, умный мир, ангельский, по данной ему благодати всегда и во всем предан Божественной воле. Самое имя — ангел — по учению Церкви — указывает не на природу, а на должность этих посланников Божиих, а посему в этом смысле имя ангела в Св. Писании усвояется не только ангелами в точном и собственном смысле этого слова, но и разными посланниками Иеговы из людей. Сам Мессия иногда называется Ангелом Завета. В Новом Завете Иоанн Предтеча называется ангелом. Но в строгом смысле ангелы суть разумные, духовные существа, отличные от Бога и от человека и при том существа действительные, а не воображаемые. По природе своей ангелы суть духи, но ограниченные. Существовало частное мнение среди учителей Древней Церкви (Иустин Мученик, Ориген), что у ангелов есть тело — особое, тончайшее, эфирное или огненное; но это мнение не было принято всей Церковью. Если ангелы и являются иногда в чувственных или телесных образах людям, то этот образ принимают они для явления человеку. То же самое можно сказать и о языке (речи) небесных посланников, то есть не приличествует понимать грубо, буквально и вещественно. В этом смысле понимает Св. Церковь и слова ап. Павла:

(1 Кор. 13:1). Бесплотный мир ангельский представляется в Св. Писании необычайно великим по числу. Ветхозаветный Тайнозритель созерцал, как «тысяща тысящ» служила Сидящему на престоле и как

(Дан. 7:10). Новозаветный Тайнозритель видел окрест Престола Божия

(Апок. 5:11). Однако в этом многочисленном мире ангельском существуют подразделения или степени. Деление ангелов на девять ликов Св. Церковь основывает на том, что все эти имена упоминаются в Св. Писании. И у св. Дионисия Ареопагита, и в постановлениях апостольских, и у св. отцов Церкви (Игнатия Богоносца, Григория Богослова, Иоанна Златоустого), и в Св. Писании св. Церковь находит основание разделять весь невидимый или Умный мир на девять ликов, с подразделением их на три чина, по три лика в каждом, а именно: первый чин, как самый близкий к Богу: престолы, херувимы, серафимы; второй чин: власти, господства, силы; третий чин: архангелы, ангелы, начала.

Сотворив мир невидимый, Господь из ничего создал потом мир видимый или вещественный и, наконец, человека. Этот венец творения, как состоящий из невидимой разумной души и вещественного тела, часто называемый малым миром, носит в себе образ видимого и невидимого мира.

Основанное на Божественном Откровении православное учение о происхождении всего, существующего вне Бога, из ничтожества или из совершенного небытия творческим актом Всемогущего Бога, трудно было понять мудрым мира сего. И древние, и новые мудрецы впадали в глубокие заблуждения в своем учении о происхождении мира. Одни из них (Гераклит, Ксенофан, Аристотель) признавали, что мир вечен, другие (индийские философы и неоплатоники) учили об истечении мира из Бога; третьи (Демокрит, Эпикур) верили, что мир образовался сам собой, в силу какого-то слепого случая, из вечного хаоса, т. е. из якобы вечно существующей массы атомов; четвертые (Анаксагор, Зенон, Платон, Сенека), утверждали, что Бог создал мир из совечной Ему материи. Никто из них не мог возвыситься до понятия о сотворении мира из ничего силой Всемогущего Бога, как Первопричины всего существующего. Появлялись и во времена христианские такие вольнодумцы, которые своими, более чем странными и невероятными, объяснениями происхождения мира даже перещеголяли древне языческих мудрецов. В своем мудрствовании лукавом некоторые (например, Керинф) договорились до того, что стали учить о сотворении вещественного или внешнего мира ангелами из вечной материи и без ведома Бога. Еретики манихеи и офиты додумались до сотворения мира злым началом — диаволом. В средние века павлиане и богомилы учили, что мир создан диаволом или сатанаилом. Учение о вечной материи, из которой произошел мир (пантеизм) и учение об истечении или развитии мира из Бога (эманация мира) были осуждены Православной Церковью на основании не только Божественного Откровения, но и здравого смысла.

Идеи вечности Бога и временности мира, сотворения мира из ничего или чистого творения истинно культурные люди в наши дни постигают не только чувством, но и логикой, на которую любят ссылаться мудрецы и премудрые мира сего. Именно эта логика вдумчивого размышления никак не позволяет нам объяснять происхождение мира силой слепого случая, без всякой причины. Все в мире имеет свою причину. Бесконечный и безначальный ряд причин немыслим, как немыслим поток без начала. Вот разум-то наш не слепо, не интуитивно только, а и логически, без всяких скачков, честно и до конца размышляя, и доходит до признания такой Первопричины мира, Которая, не будучи следствием другой причины, в Себе заключает и Свою причину всего существующего. Вот это-то Премирное, Высочайшее и Абсолютное Существо и есть Истинный Бог и Творец мира. Что легче для нас: приписать всю красоту, порядок и гармонию в мире Высшей Разумной Первопричине или же слепому случаю сцепления атомов? Что легче и успокоительнее допустить: вечность Разумной Первопричины, или вечность атомов, в силу какой-то неизвестной причины когда-то пришедших в движение? Конечно, о вкусах не спорят. Пусть сторонники Канто-Лапласовской теории утешают себя тем, что «уплотнившиеся центры от неизвестного толчка (слышите? от неизвестного!) пришли в вихреобразное вращение и… образовали мир». Пусть успокаивают они свою любознательность «вечно существующей раскаленной туманностью», откуда «пошла вся вселенная», а мы, преклоняясь пред Высшей Разумной Первопричиной всей вселенной, будем радостно прославлять Присносущную Силу Его и Божество.

Нет, нам не по дороге с теми, кто уподобляет всю вселенную большому кораблю, неизвестно куда плывущему без разумного кормчего. Нам понятны и дороги те философы и ученые, которые с незапамятных времен выстрадали долгими размышлениями, во смирении, а не в гордыне своей, логическую необходимость признания Разумно-Самобытной Первопричины всего существующего, независимо от того, как называть эту Первопричину: Премудрым Разумом, как учил в V в. до Р. X. Анаксагор; Благим Разумом (Платон), Премудрым Архитектором (Аристотель), Верховным Законодателем совести и Судией (Кант); Высочайшим Разумом (Шеллинг), Премудрой Единой Волей (Лотце) и так далее без конца. Не закружилась голова от гордыни и у великих людей науки, ибо «гордость, — по словам Амиеля, — есть граница ума». В истинном же гении с умом уживается и смирение. Не отказались от Бога ни Галилей, ни Коперник, ни Ньютон.

Напрасно сомневающиеся в бытии Божием безбожники ждут, пока наука скажет им окончательно: есть Бог или Его нет. Науки естественные и прикладные не занимаются вопросами о Боге. Это не их специальность. В личной же своей жизни ученые так или иначе разрешают для себя этот вопрос, пользуясь здравым смыслом, красотами Божьего мира и теми выводами, которые были сделаны философами и богословами во дни расцвета богословской мысли и философии. Как известно, науки прикладные и естественные все внимание уделяют изучению уже существующего, окружающего нас мира и тех законов, которым этот мир и жизнь в нем подчиняется. Если нас, людей верующих, интересует вопрос, как образовался мир, то науку интересует как лучше назвать, определить первобытную мировую материю или энергию, каким законам подчиняется эта материя или энергия. Именно логика и только одна логика неумолимо требует и от ученых, когда они начинают углубляться в богословско-религиозные, далеко не чуждые им, размышления, что Первопричина мира есть Премудрое Начало, Личное и Сознательное. Только тогда все в мире становится понятным и объяснимым. Ошибаются пантеисты, хотя и признающие Первопричину (Бога) в мире, но утверждающие, что эта Первопричина творила бессознательно. К такому заключению пришли пантеисты-пессимисты — Гартман и Шопенгауэр. Эти и им подобные философы говорят, что Первопричина могла бессознательно проявлять целесообразные силы в устройстве вселенной так же, как животные бессознательно выполняют целый ряд целесообразных функций. Но для здравого смысла естественнее допустить, что природа потому и действует целесообразно, хотя и бессознательно, что своим устройством, с неумолимыми, вложенными в нее законами, она обязана Сознательной Сущности. Гораздо было бы логичней между Богом и природой провести ту же параллель, то же взаимоотношение, которое существует между человеком и созданной им бессознательной, но целесообразно работающей машиной. Если же разумно и логично признать существование личного Сознательного Бога, то вполне логично допустить и целесообразность Сверхъестественного Божественного Откровения и религии, как живого союза Личного Бога с разумно-свободным, созданным Им по Образу и Подобию Божию, человеком. Только в Божественном Откровении мы находим ответы на все вопросы пытливого ума человеческого, на которые не дает нам ответа ни наука, ни философия. Это из Откровения мы узнаем, что зло в мире — результат падения некоторых ангелов и первобытного человека, вышедших из рук Творца чистыми и невинными, но через гордыню и злоупотребление своей свободной волей нарушивших первоначальную мировую гармонию. Только из Откровения мы узнаем о жизни Творца и Вседержителя — совершенно непостижимый нашей логикой догмат о Пресвятой, Единосущной, Животворящей и Нераздельной Троице или о Троическом Единстве Бога в Самом Себе.