Библиотека мировой литературы для детей (Том 30. Книга 2): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Теперь уже песня не доносится ко мне издалека, она гремит по всей улице, и мне кажется, что она выходит только из моей груди — так громко я пою. Дома и деревья уже не кажутся мне маленькими, я иду вместе со всеми людьми, я, счастливый мальчик Ямиль! Рядом со мной идет один малыш с Нижней улицы. На его маленьком носу блестят капельки пота, а пухлые щеки чуть-чуть вздрагивают на каждом шагу. Мне интересно: почему они вздрагивают?

Быстро поворачиваю голову, смотрю на сестру. Она шагает, глядя прямо перед собой. Ее голубые глаза прищурены, а маленький флажок, который она держит в руке, касается ее русых волос. Почему-то сейчас Оксана не смотрит на меня. И вдруг кто-то словно шепчет мне на ухо: «Тебе, Ямиль, очень приятно нести настоящий флаг. Гораздо приятнее, чем маленький флажок. Думаешь, другим не хочется подержать настоящий флаг?»

Нет, эти слова никто не шепчет мне, просто я сам так думаю.

Мне хотелось бы, чтоб и Оксане, и Фариту, и Фагиме — всем было очень-очень приятно. Может быть, отдать флаг Оксане, а она потом передаст Фариту. Так и пойдет — из одной руки в другую. Как будет хорошо!

Я хочу отдать флаг сестре и вдруг вспоминаю: «Как это было в той книге, которую читала нам мама? Один солдат никому не отдал знамени и не бросил его даже тогда, когда был тяжело ранен в бою. „Знамя — священная вещь“, — сказала мама».

Священная — значит очень хорошая. А знамя и флаг — это одно и то же. И в моей руке сейчас знамя… Я еще крепче сжимаю древко.

Когда песня затихает, слышу, как шелестит мой флаг. Нет, разве я могу отдать его кому-нибудь, кроме той пионерки! Флаг должен быть у того человека, которому его дали нести.

Первые ряды свернули из переулка дедушки Тимербулата на Полевую сторону. Около высокой трибуны, сложенной из камней, народ остановился. Ко мне подошла та самая пионерка и взяла у меня флаг.

— Наверно, у тебя руки устали, малыш, — сказала она.

А мои руки еще совсем не устали. Разве могут устать руки у того, кто несет флаг! Только пальцы немного отекли, но это пустяки.

Взрослые окружили трибуну. Дядя Рашит встал на самый высокий камень. Даже я со своего места увидел дядю Рашита. Но откуда-то вдруг появился Марат.

— Аля-ля! Кое-кто шел с настоящим флагом! — улыбаясь, сказал он и положил мне руку на плечо. — Может быть, ты думаешь, Ямиль, что я завидовал тебе? Нет, не завидовал. Но глаза немного разгорелись.

Я ничего не успел ответить, потому что Оксана потянула меня за собой.

— Давай найдем маму, Ямиль, — попросила она. — Как хорошо это было, когда ты шел с настоящим флагом! И мама, и бабушка, и дедушка Мансур радовались. И я радовалась.

Когда мы, взявшись за руки, пробирались через толпу, кто-то подошел сзади и обнял нас. Это была мама. Она подняла Оксану и посадила к себе на плечи. Какой-то дядя поднял меня — мне показалось, что я взлетаю вверх, — и вот я тоже очутился на плечах. Теперь нам с Оксаной стало хорошо видно далеко вокруг. Дядя Рашит, стоя на камне, что-то говорит, размахивая фуражкой. Звездочка на фуражке блестит, как зеркальце на солнце.

— Да здравствует наша великая Родина! — заканчивает свою речь дядя Рашит.

— Ура, ура! — кричат люди и хлопают в ладоши.

Мы с Оксаной тоже хлопаем так, что ладони сразу краснеют. Потом нас опускают на землю.

— Устали, наверно, дети мои? Идите домой, — говорит мама. — А ты, дочка, отдай свой флажок мне, я сама передам его девочке-пионерке.

Мы бежим домой. У нашего переулка мы оборачиваемся и видим, что весь народ тоже начинает расходиться.

Чем только не угостила нас в этот день бабушка! Она очень любит этот праздник и нас любит, вот и наготовила всяких вкусных вещей. Что было у нас на столе, я уже не помню теперь, да и рассказывать о том, что «я кушал то да другое», не годится, как говорит бабушка. Это она говорила не мне, а какой-то тетеньке. Но если я стану рассказывать, что ел, то скажет и мне.

В этот день после обеда я повел сестру к нашей березке в саду, выкопал все свои сокровища и сказал:

— Бери, Оксана, это все твое.

Сколько там было замечательных вещей! Мы наполнили три кармана одними только игрушками и красивыми камешками. Там еще было много разных железок, но они не понравились Оксане, и мы их не взяли. Ну что же, пусть полежат, я потом что-нибудь смастерю из них.

Не видали ли вы нашего папу?

Очень скоро опять наступил праздник. Это был особенный праздник.

— Война кончилась! Мы победили! — говорили взрослые и обнимали друг друга.

Весь народ снова собрался около клуба. Мы с Маратом и Фагимой тоже пошли туда. Там выступала красивая учительница, которая живет на нашей улице. Многие женщины и смеялись и плакали, когда она говорила.

— Почему они плачут, дедушка? — спросил я.

— Это сладкие слезы, дитя мое, — сказал дедушка Мансур. — Это слезы радости.