– Выходит, что против бар.
– Так это и наше дело.
Переглянулись крестьяне:
– Давай на подмогу!
Выбирают, к кому бы поближе стать. Облюбовали солдатский изгиб в каре. Туда и направились.
– Дозвольте, - обратился к солдатам Фёдор.
– Ух ты, никак, пополнение!
Рассмеялись солдаты:
– Какого, скажи, полка? Какой гренадерской роты?
– Лужские мы, - отвечает Фёдор.
– Барона Рейндорфа, - сказал Африкан.
– Калужские, лужские, баронские, графские - наши, короче, давай становись.
Сразу пошли вопросы, как в деревне, очень ли барин лют, что говорят мужики о земле и воле.
Что говорят? Исстрадались совсем мужики - дай ты им только призыв-сигнал, сразу на бар подымутся.
Заметили люди на площади, что два мужика к солдатским рядам пристроились, тоже поближе к восставшим двинулись. Обступили они солдат. Но тут подошёл офицер:
– А ну отойди в сторонку.
– Как так?
– Мы тоже с вами. Мы заодно!
– Нам бы вместе, так силы больше!
– Ступайте, ступайте, - стал оттеснять офицер.
Второй подошёл:
– Ступайте, ступайте, не ваше тут дело. Не занимай солдат.
Оттеснили народ офицеры. Вместе со всеми отошли Африкан и Фёдор.
Стоят, пожимают плечами:
– Как так не наше дело?
– Может, ошиблись с тобой, Африкан? Может, господа офицеры ради другого пришли на площадь?
Нет, не ошиблись лужане. За народ декабристы, за волю крестьянам. Но только так, чтобы сделать всё это самим. Сторонились они народа. Смуты большой боялись.
Стоят войска на Сенатской площади. Стоит Николай I на Дворцовой площади: "Придут, не придут полки?"
Тянется, тянется это ждание. Кончится скоро ждание. Битва не где-то за синим морем. Вот-вот - и на этом она берегу.
Глава вторая
ЖИВ, НЕ УБИТ СОЛДАТ