Выслушал Степан Тимофеевич, минуту молчал. И вот тут-то гадай: то ли взорвётся сейчас атаман, то ли шутку какую бросит. Неожиданно Разин расхохотался.
– Не врёшь?
– Провалиться на месте, Степан Тимофеевич.
– Так всё и было? Назвался Разиным?
– Так всё и было. Атаманское имя твоё использовал.
– А ну, волоки сюда.
Через минуту в шатёр к Разину ввели человека.
Глянул Разин - вот это да! Атаман настоящий стоит перед Разиным. И даже внешне чем-то похож на Разина. Шапка с красным верхом на голове. Зелёные сапоги на ногах из сафьяна. Нарядный кафтан. Под кафтаном цветная рубаха. Глаза чёрные-чёрные. Чёрным огнём горят.
– Чудеса! - произнёс Степан Тимофеевич. - Так ты, выходит, Разин и есть?
Вошедший зарозовел, смутился. Даже глаза потупил.
– По правде, Степан Тимофеич, имя моё - Калязин.
– Казак?
– Нет. Из мужицкого рода.
– Чудеса! - опять повторил Разин. Переглянулся с Титовым, вспомнил недавний его рассказ.
Ходил Титов с группой казаков куда-то под Шацк. Заночевал однажды в какой-то деревне. От мужиков и узнал, что объявился где-то под Шацком Степан Тимофеевич Разин.
"Какой ещё Разин? - подумал сотник. - Откуда тут Разин?!"
– Разин, Разин, казак, с Дона он, - уверяли крестьяне.
Разыскал Титов того, кто был назван крестьянами Разиным.
– Ты Разин? - спросил.
– Разин, Степан Тимофеевич.
Понял Титов, что тут самозванство. Потянулся было за саблей. Хотел вгорячах рубануть. Однако на самосуд не решился. Схватил с казаками шацкого Разина и привёз его к Разину настоящему.
Смотрит Разин на "Разина":
– Волю людишкам дал?
– Дал.
– Работящих людей не трогал?
– Не трогал, отец атаман.
– Народу служил с охотой?
– Ради него на господ и шёл.
– Нужны атаманы, нужны, - проговорил Разин. Повернулся к Калязину: Молодец! Ну что же - ступай. Стал атаманом - ходи в атаманах. Желаешь будь Разиным. Желаешь - Калязиным. Зовись хоть горшком, хоть ухватом. Не дело на имени держится. Имя на деле держится.
ОТКУПИЛИСЬ