Остановились дворянские витязи у придорожного камня. Заспорили какой же дорогой ехать.
– Едем направо, - сказал Памфил.
– Едем налево, - сказал Топей.
Боголеп же за то, чтобы ехать дорогой средней.
Час они громко спорили. Хорошо, что попался какой-то старик.
– Да езжайте любой дорогой. Какая кому милей. Не спорьте. Сойдутся они, сойдутся.
Поехал Памфил направо. Эта дорога свернула в лес.
Поехал Топей налево. Эта дорога пошла к реке.
Боголеп же вперёд поехал по открытому чистому полю.
Едет Памфил по лесу. О геройстве Памфил мечтает. Колокольным звоном гудит Москва. Сам царь Алексей Михалыч славой его венчает.
Размечтался Памфил о славе. Не видит Памфил того, как рядом в придорожных кустах, не отставая, крадётся людская тень.
Сравнялась дорога с ветвистым дубом. Потянулись навстречу Памфилу вилы, сразили Памфила в бок.
Едет Топей по дороге к реке. О геройстве Топей мечтает. Колокольным звоном гудит Москва. Сам царь Алексей Михалыч славой его венчает.
Добрался Топей до реки. Вброд переехал реку. Стал на высокий взбираться берег. Занеслась над Топеем с откоса коса. Рухнул мечтатель в воду.
По открытому чистому полю едет верхом на коне Боголеп. О подвигах ратных и он мечтает. Это в честь Боголепа звоном церковным гудит Москва. Сам царь Алексей Михалыч славой его венчает.
Кончилось чистое поле. Подошла дорога к крутому оврагу. Стал спускаться в овраг Боголеп.
Жаль, что глаз не устроен сзади. Не видит дворянский сынок того, как за спиной кто-то поднялся в рост. Взлетела, как меч, дубина. Ударила молотом по шишаку. Свалился с коня Боголеп. Остался на дне оврага.
Правду сказал старик - сошлись у дворян дороги.
СТАРАЛИСЬ
Ефремовский воевода Аввакум Иевлев писал царю: "Его величеству государю, царю и великому князю Алексею Михайловичу холоп твой Аввакумка челом бьёт".
Писал воевода о том, что городские стены у них в Ефремове подгнили, покосились, а кое-где и вовсе обрушились. Нет у города теперь надёжной защиты. "Ако же вор Стенька прийдет к Ефремову, - писал Иевлев царю, - то быть, государь-царь, великой беде". Для строительства новых стен просил воевода денег.
Отписал царь воеводе, чтобы новые стены строили. Отпустил из казны денег. Завёз воевода в Ефремов дубовые брёвна. Нанял плотников. Начали строить стены.
Старший среди плотников Никита Зяблов воеводе понравился. Хоть и стар был годами Зяблов, но в плотницком деле оказался большим умельцем.
– Мы эти стены - враз, - говорил Никита. - Они и при внуках и при правнуках будут ещё стоять. Будь спокоен, отец воевода, Разин на них не сунется.
Каждый день приходил воевода, смотрел, как идёт работа. Стучат топоры, без устали ходят пилы.
– Шибче, шибче! - покрикивает Зяблов на плотников.
Правду сказал Никита - стены растут, как в сказке. Похвалил старика Иевлев.
– Стараемся, отец воевода, - ответил Зяблов.
Похвалил воевода плотников.
– Стараемся! - гаркнули плотники.