— Добрый день, фру Бельчиха… То есть добрый вечер, — пролепетал Лазающий Мышонок. — Я пришёл… Я должен был… Я как раз проходил тут поблизости… и хотел… и решил… пожелать вам доброй ночи, — нашёлся наконец Лазающий Мышонок. — Но, должно быть, я ошибся дверью, потому что попал прямо в детскую.
— Это была вовсе не дверь, — хором закричали малыши, — ты влез в окошко!
— Да, да, — растерянно сказала Бельчиха-мама, — но сейчас, дети, вам пора спать.
— Не хотим спать! Не будем спать, раз пришёл дядюшка Лазающий Мышонок! — закричали бельчата.
— Может, мне лучше уйти? — заторопился Лазающий Мышонок.
— Нет, нет, ни в коем случае, — ответила Бельчиха-мама. — Проходи в комнату и садись поужинай. (Она была очень гостеприимной белкой.)
— Да, но я только что ужинал, — промямлил Лазающий Мышонок, усаживаясь за стол. — То есть…
— Ничего страшного. Можешь поужинать ещё раз, — ответила Бельчиха-мама и поставила перед Лазающим Мышонком тарелку с тремя орехами. — Здесь кое-что осталось, — добавила она.
— Тысячу раз спасибо, — сказал Лазающий Мышонок и покосился на орехи. — Все три мне?
— Да, это все тебе. Мы уже поели.
— Если все три мне, — решительно сказал Лазающий Мышонок, — я бы хотел съесть только один, а два других ореха оставить.
— Но почему же? — удивилась Бельчиха-мама.
(Слушай внимательно: кажется, у Мышонка заговорила совесть, и сейчас он во всем признается.)
— Потому, что я должен вам два ореха. (Нет, все-таки он не сознался. Ну, слушай дальше.)
— Какая ерунда, — сказала Бельчиха-ма-ма. — Это было уже так давно, что я уже совершенно об этом забыла.
— Это было не так уж давно, — попробовал возразить Мышонок.
— Это все равно ерунда, не стоит об этом говорить. Мой муж как раз спустился в кладовую, чтобы принести побольше орехов.
— Пожалуй, мне пора, — неожиданно заторопился Лазающий Мышонок.
— Нет, нет, — заверещали бельчата, — ты должен ещё спеть нам песенку.
— Ладно, спою, — согласился Лазающий Мышонок. — Я спою вам песенку про Миккеля-Лиса. Я сочинил её вчера, когда Миккель собирался меня съесть.
— Он съел тебя?! — испуганно спросила маленькая белочка.
— Миккель-Лис? Меня-то? — задиристо переспросил Лазающий Мышонок. — Ха-ха! — И он запел
СВОЮ ПЕСЕНКУ:
Как только Лазающий Мышонок допел свою песенку до конца, в комнату вошёл папа Йене.
— Неужто ты?! — удивлённо воскликнул он.
— Да. Это я, — признался Лазающий Мышонок. — Я случайно проходил мимо и решил заскочить, чтобы пожелать вам спокойной ночи. (Теперь он уже врал не задумываясь. Да, к этому быстро привыкаешь…)
— Как это мило с твоей стороны, — растрогался папа Йене.
— Что ты так долго оставался в погребе? — спросила Бельчиха-мама.
— Там был вор, — нахмурился папа Йене. (Он так удивился, увидев Лазающего Мышонка, что на минуту даже забыл о воре.)
— Ой! — испуганно вскрикнула Бельчиха-мама.