Наконец Лилит заставила себя открыть глаза и, легонько оттолкнув Джека, прошептала:
– О Боже, прекрати…
Он посмотрел на нее с некоторым удивлением:
– И почему?
– О, Джек, пожалуйста, не надо! – умоляла она. – Я не могу сейчас… Я…
– Но почему? – снова спросил он.
– Я… я не знаю. – Лилит покачала головой. – Я не могу здесь оставаться, я должна идти, – добавила она и тотчас же поняла, что ей ужасно не хочется уходить.
Он провел пальцем по ее щеке и с улыбкой прошептал:
– Знаешь, в чем-то я завидую старику Уэнфорду.
– Почему же? – выдохнула она.
– У меня нет места, где бы я хотел испустить дух.
– О, перестань, Джек. Может, ты просто хочешь подразнить меня? И вообще, ты испытываешь ко мне хоть какие-то чувства? Или только забавляешься?
Он взглянул на нее с такой ухмылкой, что ей захотелось ударить его… или поцеловать.
– Это четвертый, пятый и шестой вопросы, не так ли, дорогая? Так что же мы будем делать с этим, Лил?
– Делать?.. С чем именно? – Она невольно отступила на шаг.
– С тем, что Дольф Ремдейл, возможно, убил своего дядю.
– Джек, как ты можешь?..
Он положил руки ей на плечи и вполголоса проговорил:
– Лил, ты о чем?
Лилит судорожно сглотнула.
– Ты же прекрасно меня понял. У нас нет никаких доказательств, что произошло убийство, разве не так?
Он кивнул:
– Пока еще нет. Но не беспокойся, я непременно что-нибудь придумаю.
– Нет-нет, не надо. Ничего не придумывай. Не втягивай меня в еще одну из своих игр, Джек. Моя семья не выдержала бы этого… И я тоже.
Он вздохнул:
– Что ж, я попытаюсь успокоиться на время, если ты оставишь для меня один вальс на… Кстати, когда состоится следующий бал?
– У Кремуорренов. Сегодня, – ответила Лилит. – Но неужели и тебя тоже пригласили?
Маркиз расплылся в улыбке:
– Разумеется, пригласили. Нисколько в этом не сомневаюсь. Так ты будешь танцевать со мной вальс?
«Отец придет в ярость», – подумала Лилит. И тут же ответила: