– Да, понимаю… – пробормотал маркиз. Рассказ Уильяма многое объяснял. Неудивительно, что Лилит старалась избегать его. Ведь маркиз Дансбери представлял собой угрозу ее добропорядочности. Но с другой стороны, он не мог забыть, как она отреагировала на его поцелуй, как трепетала от его прикосновений. Да, ее влекло к нему – в этом не могло быть ни малейших сомнений. Джек улыбнулся. Возможно, ангелу в глубине души хотелось оказаться в объятиях дьявола. Дьяволу, бесспорно, этого хотелось.
– Что теперь? – спросил Уильям.
– Подожди меня здесь, – ответил маркиз. – Если кто-нибудь придет, спрячься.
– А вы куда?
– Наверх. Мне надо кое-что проверить.
– Но, Джек…
– Не беспокойся, я сейчас вернусь. – Маркиз направился к лестнице, ведущей в кухню.
Прошло уже два дня после исчезновения герцога, и Джек предполагал, что в доме все встревожены. Однако он ошибся. Пробираясь через холл к кабинету Уэнфорда, он обнаружил, что в доме царили мир и покой, – казалось, никто не искал герцога. В кабинете, в одном из ящиков старинного дубового стола, маркиз нашел то, что искал, – расходную книгу.
На последних двух страницах было более десятка записей о долгах, которые, как он знал, были сделаны Дольфом Ремдейлом (последней значилась сумма в тысячу двести семьдесят семь фунтов – деньги за бриллиантовую булавку, выплаченные дядей). Было очевидно, что Дольф постоянно проигрывал, причем крупные суммы, и, без сомнения, ему приходилось вымаливать у дяди каждый пенни, чтобы заплатить за свои проигрыши.
Джек уселся на стул и задумался. Длиннолицый умер очень вовремя. Через неделю-другую он мог бы жениться на Лилит Бентон, мог бы даже в результате заиметь наследника – и тогда Дольф не получил бы наследство. Теперь же, когда обнаружится, что герцог умер, Дольф станет очень богатым и весьма влиятельным человеком. Следовательно, можно было предположить, что один Ремдейл прикончил другого. Уэнфорд был стар и подвержен припадкам гнева, и не было бы ничего странного, если бы он скончался во время такого припадка. С другой стороны, Джек всегда верил в свою удачу. Поэтому он взял расходную книгу и поставил ее на книжную полку, позади трудов Аристотеля. Никто не догадается, что надо искать ее там, по крайней мере, в ближайшее время.
Джек выскользнул из кабинета и через кухню пробрался обратно в холодный погреб.
– Уильям… – прошептал он, вглядываясь в темноту.
– Слава Богу, – послышался шепот за его спиной.
Маркиз оглянулся и увидел Уильяма с бутылкой вина в руке. Вырвав у него бутылку, он проворчал:
– Этому вину шестьдесят пять лет. Если ты собираешься ударить кого-нибудь по голове, возьми вино похуже.
– Вы нашли то, что искали? – спросил Уильям.
– Остается лишь на это надеяться. Пошли.
Глава 9
Лилит проснулась с ужасной головной болью: ее сон тревожили видения – мертвые герцоги и темноглазые демоны с обольстительными улыбками и бархатными голосами. Головная боль нисколько не утихла, когда появился Уильям, рассказавший о своем ночном приключении.
– Неужели ты действительно ходил с ним туда? – пробормотала Лилит, выслушав рассказ брата.
– Джеку требовался помощник, чтобы держать фонарь, – ответил Уильям и потянулся к блюду с ветчиной.
– Поверить не могу, что он взял тебя с собой, – сказала Лилит. Немного помолчав, добавила: – А впрочем, ничего удивительного. Разумеется, он не мог не втянуть тебя в это дело. Черт бы его побрал…
– Я сам захотел пойти с ним, – возразил Уильям.
«Вероятно, Джек Фаради задумал что-то еще», – подумала Лилит. Взглянув на брата, спросила:
– В Ремдейл-Хаусе спокойно? С вами там ничего не произошло? Может, ты о чем-то умолчал?
Уильям усмехнулся:
– Нет, ничего не случилось. Если не считать того, что я едва не ударил Джека бутылкой по голове, когда он возвращался в погреб.
– За что же ты пытался ударить Дансбери?! – воскликнула Лилит.
– Было темно, и я не видел, кто туда пробрался.
Лилит пристально посмотрела на брата – ей казалось, что в его рассказе чего-то не хватало.