Все так же молча Джессамин протянула ему письмо.
Взяв сложенный листок из ее дрожащих пальцев. Рис. отошел к окну и принялся читать. Когда он поднес листок к свету и быстро пробежал глазами короткое послание, Джессамин заметила, как мрачно сдвинулись его черные брови. Там было всего несколько слов:
«Лорд Рис, если вы не придете на помощь, замок Кэрли будет захвачен».
— Кто послал тебя, парень? Тут нет подписи, — сурово спросил он, отойдя от окна. — Ну-ка, отвечай, слышишь! Черт тебя возьми, ты что, немой?!
Голос внезапно вернулся к ней, и Джессамин, откинув капюшон плаща, смело встретила его взгляд.
— Нет, лорд Рис, я не немая, да вы и сами это знаете.
— Джессамин!
Голос его мгновенно изменился. Как и раньше, он обволакивал ее своим неотразимым чувственным очарованием. И сердце Джессамин дрогнуло.
— Ради всех святых… ты… и здесь?!
— Да, это я. А вы, наверное, решили, что это привидение!
— Что тебе понадобилось в Честере?
— Я привезла вам письмо.
По его лицу при этих словах скользнула кривая усмешка:
— А ты нисколько не изменилась. Так это правда… ваш замок осажден? И кому же он понадобился?
— Неужели вы решили, что я проделала такой путь для того, чтобы подурачить вас?! Конечно, это правда! Наш замечательный родич, сэр Ральф Уоррен, оставил в Кэрли сорок человек под тем предлогом, что замок нуждается в хорошо обученных солдатах. А как-то ночью я подслушала его разговор с капитаном отряда и узнала, что они замышляют предательство. Сэр Ральф нисколько не сомневался, что никто из нас ничего не заподозрит.
— Господи помилуй! А каким ветром его занесло в Кэрли?
Опустив загоревшееся от смущения лицо, Джессамин с трудом пролепетала, что они сами пригласили его приехать.
— И где он сейчас?
— Отправился к себе в Шрусбери, его возвращения потребовал король.
Некоторое время Рис явно переваривал услышанное.
— Твой брат приехал вместе с тобой?
— Нет, Я приехала одна. С гуртовщиком из нашей деревни и его женой. Думаю, никто из оставшихся в замке и не подозревает о моем отъезде. Ты — моя единственная надежда.
— Ты приехала в Честер одна, — повторил он, не веря своим ушам, — в таком наряде?
— А что тут такого? — вызывающе фыркнула Джессамин, поеживаясь от смущения. — По крайней мере это куда безопаснее, чем ехать в женском платье. Ты же сам так говорил!
Рис ухмыльнулся:
— А у вас отличная память, леди Джессамин! Просто замечательная!
Взглянув в его темные выразительные глаза, в бездонной глубине которых пылал огонь, озарявший теплым светом его смуглое лицо, Джессамин с трудом проглотила комок в горле.
— Да, память у меня хорошая. Я, кстати, еще не забыла, как ты мне лгал, уверяя, что любишь меня…
— В моих словах не было лжи, — просто ответил Рис. — Ладно, в последний раз дело кончилось ссорой, не стоит возвращаться к этому. Лучше скажи, чего ты хочешь от меня?
То, как он это произнес, и улыбка, смягчившая суровую линию рта, подтвердили худшие опасения Джессамин — он и не думал о защите Кэрли. Сознательно делая вид, что буквально поняла его вопрос, она неосторожно выпалила: