— Да никакие они тебе не друзья! Они просто валяли дурака, водили тебя за нос, а на самом деле с самого начала планировали захватить замок!
Джессамин порывисто обняла брата. Она была слишком великодушна, чтобы напомнить ему, что его доверчивость и упрямство завели их обоих в ловушку.
— Он мой друг, — с отчаянием в голосе повторил Уолтер. — Он не пойдет на это. — Сердце Джессамин сжалось от жалости к нему. Казалось, снова перед ней сидел испуганный маленький ребенок, несчастный калека, которым он был много лет назад.
— Послушай, Уолтер, Ральф никогда не был тебе другом. Ты доверился ему, а он нас предал. Но у нас есть одно преимущество; они и не догадываются, что нам известен их замысел. Джексон ничего не заподозрит по крайней мере до тех пор, пока посланный им гонец не побывает в Шрусбери, А может быть, если нам повезет, он и тогда не поймет, что произошло.
— Но что нам делать? Он оставил здесь сорок солдат! А у нас не так уж много воинов для защиты замка. Да и будут ли они сражаться? Я очень сомневаюсь. Нас всех просто перебьют! — Побелев от ужаса, с глазами, полными слез, он повернулся к сестре.
Сердце Джессамин дрогнуло при виде его искаженного лица. Она ласково похлопала брата по руке.
— Перестань, еще не все потеряно! — В ее голове начал вырисовываться смутный план. — Я отправлюсь за помощью.
— К кому? Кто нам поможет?
— Рис Трейверон, думаю, не откажет.
— Валлиец?!
— Да перестань ты! Куда лучше принять помощь от валлийца, чем попасть в лапы английскому родственнику. Или ты не согласен с этим, а, Уолтер?
— А откуда тебе знать, что он захочет нам помочь? Кроме того, мы и знать не знаем, где он сейчас. Честер большой город.
— Тот человек, что остался у нас — помнишь, его лучник? — он может знать, где его найти. Я спрошу у него.
— Ох, как замечательно придумано! Только он говорит на своем варварском языке — черт его поймет, а не ты! Даже если он соблаговолит указать нам дорогу, мы не разберем ни единого слова. Будь же благоразумна, Джессамин.
В глазах девушки вспыхнул гнев.
— Я-то как раз благоразумна. А у тебя есть план получше? Или вообще никакого нет?
Уолтер безнадежно покачал головой.
— Тогда лучше помолчи. Ты ведь знаешь, я немного говорю по-валлийски. А кроме того, у нас есть служанки, которые смогут помочь.
— Но кого можно послать так, чтобы никто ничего не заподозрил? Стоит нам только отправить одного из наших людей, и Джексон обо всем догадается.
— Я поеду сама.
— Ты что, рехнулась?! Разве женщина в одиночку может поехать в Честер? Ты никогда не найдешь дорогу, Джессамин. К тому же это очень опасно.
— Знаешь, поскольку ты не можешь предложить ничего получше, значит, мой план принимается. Я смогу найти дорогу в Честер, отыщу там Риса и расскажу ему вес, что с нами случилось. А потом привезу его сюда.
— Нет!
Внезапно Уолтер решительно выпрямился. Лицо его потемнело, губы сурово сжались.
— Это наш последний шанс.
— Надо подумать, как вес сделать, но по-другому. То, что ты задумала, слишком опасно. Я просто не могу позволить тебе одной ехать в Честер. Да и потом, всем сразу станет известно о твоем отъезде, этого не скроешь. Начнутся вопросы — и кого-нибудь пошлют в погоню. А там… тебя легко настигнут и привезут обратно.
— Нет. Мы притворимся, что я серьезно заболела. Сомневаюсь, что Джексону придет в голову проверять мою комнату. И я не поеду одна. Возьму с собой Джека Дровера, он как раз собирался на рождественскую ярмарку.
— Ехать с Дровером — да ты с ума сошла!
— Он сумеет защитить меня, если понадобится. Ты же сам знаешь, как он нам предан. Я переоденусь мальчиком, и никто меня не узнает. А если нам кто-то и встретится, так подумает, что я его сын.
Глаза Уолтера сузились, он подозрительным взглядом впился в раскрасневшееся от возбуждения лицо сестры.