Спиридов был — Нептун: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

С борта «Святой Екатерины» один за другим ловко сбежали по трапу по форме одетые шесть моряков во главе с сержантом.

«Видимо, у этого гардемарина команда настропалена». — Румянцев понемногу приходил в хорошее настроение.

Спустя три часа «Святая Екатерина» вышла в море.

Слева, со стороны гор, едва заметно потянуло ветерком. Начал давать о себе знать ночной бриз.

Взяв курс на Баку, Спиридов теперь больше тревожился за ветер, как бы он не стих. Паруса с подобранными втугую шкотами слегка наполнились бризом.

— Не горюй, — успокаивал его Минин, — сейчас три узла имеем, в полночь еще узелок прибавим, завтра в Баку будем.

Румянцев вначале, кутаясь в бурку, расположился на юте, но потом ушел в каюту.

Специально назначенный матрос только и занимался тем, что раздувал угли в самоваре. Денщик предупредил, что генерал каждую минуту требует чай, его постоянно лихорадило.

Оказалось, Спиридов тревожился зря. К полуночи ветерок посвежел, море зарябило, и гекбот прибавил ходу. В полдень следующего дня «Святая Екатерина» ошвартовалась у пристани в самой удобной части бухты, на Баилове.

Румянцев покидал борт судна с довольной физиономией и не удержался, спросил Спиридова:

— Годков-то тебе сколько?

— Шестнадцатый пошел, ваше высокопревосходительство.

— Отпишешь Мишукову, что я тобой доволен.

Рядом у причала стояла шнява Прончищева и несколько небольших шхерботов. Когда укатила пролетка Румянцева, Спиридов подошел к Прончищеву, стоящему у трапа, и довольным голосом доложил:

— Мне велено у вас зимовать, господин унтер-лейтенант.

Прончищев улыбнулся, пожал руку Григория и проговорил:

— Давай впредь, наедине без начальства, величай меня Конон Васильевичем, а тебя как по батюшке?

— Андреич.

— Так вот, Григорья Андреич, гекбот, не откладывая, разоружай, паруса просуши и укладывай в кису. — Прончищев показал на постройки на берегу: — Рангоут, такелаж и парусину отволокешь в магазины, матросы в казарму на зиму переберутся, на гекботе вахта по суткам. Уразумел?

— Точно так, Конон Васильич...

Береговые будни моряков во время зимней стоянки схожи между собой, будь то в Ревеле, Архангельске или Астрахани. Рутинную жизнь иногда разнообразит почта.

Накануне Рождества в Баку пришла московская почта. Развернув «Московские ведомости», Прончищев приглушенно начал читать:

— Одна тысяча семьсот двадцать восьмого году, ноября десятого дня, — товарищи в конторе притихли, слушая унтер-лейтенанта, — преставился раб Божий, генерал-адмирал, Государственного верховного тайного совета министр, Действительный тайный советник, президент Государственной Адмиралтейств-коллегии, генерал-губернатор княжества Эстландского, кавалер обоих российских орденов граф Федор Матвеевич Апраксин.

Окончив читать, Конон почесал затылок:

— Последняя надежа флотская Богу душу отдала. Кто ныне за нас постоит?

В Новый, 1729 год Россия вступила в непонятном, рыхлом состоянии. Что флот, сама держава плыла в туманной мгле, без определенного курса, по сомнительным форватерам, удерживаясь на плаву каким-то чудом.

Вроде бы в столицу, как и прежде, стекались ручейки налогов и податей. У финансового корыта, отталкивая друг друга, толпилась чиновная братия всех мастей, норовя зачерпнуть свою долю, прежде чем денежный поток направится дальше, к монаршему трону.

А там уже давно пересохло горло. Скоро год, как переехала власть в белокаменную, а возвращаться на берега Невы никто и не подумывал.

После коронации Петр II продолжал еще с большим остервенением разгульную жизнь. Несколько охладели его отношения с любострастной Елизаветой. Царевна сама оказалась виноватой, предпочла юнцу-императору какого-то гренадера. Увлеклась им настолько, что, когда гвардеец занемог, отправилась, якобы пешком, в Троице-Сергиев монастырь молить Бога о его исцелении....

Царский гнев оказался бессильным пресечь сердечную страсть Елизаветы, и понемногу Петр II начал охладевать к своей тетушке. Но рядом с ним был все тот же разгульный Иван Долгорукий, красавиц в Москве было немало, а главное внимание царя Долгорукие начали отвлекать на загородную охоту. Отец Ивана, Алексей Григорьевич, по натуре невежда, но преуспевал в охотничьих забавах. Исподволь он начал расставлять сети хитроумного плана, дабы женить Петра II на своей дочери Екатерине...