— Боялся.
— Что вы сделали с Азом? — настойчиво допрашивал сержант.
— А что я… ничего… — трусливо лепетал Фомкин.
Еще вчера солдат решил было во всем сознаться, но сейчас… Что, если Вечёра, всегда мягкий, в этот раз вспылит?
На какую-то секунду робкие глаза Фомкина встретились с напряженным, немигающим взглядом сержанта.
— Вы били Аза? Признавайтесь. Били? Только говорите честно. Это решает судьбу собаки. От коменданта получен приказ убить Аза!
— Уби-ить! — Шомпол задрожал в руках солдата.
Фомкина охватил страх. Он и не подозревал, что дело может принять такой оборот. Сейчас он уже снова был не в силах сознаться.
— Я его… не бил…
— Честно?
Фомкин кивнул головой.
В эту ночь Вечёра уснуть не мог. Перед его глазами стоял Аз, злобно оскалив клыки. Вот уже два дня сержант тщательно пытался успокоить своего любимца. Даже ошейника он не мог на него надеть. Сержант вспомнил свою вчерашнюю отчаянную попытку. Несколько дней Аз сидел в закрытой будке и не допускал его к себе. Наконец, облачившись в дрессировочный костюм, Вечёра решил пройти в питомник. Он хотел рискнуть… Сержант осторожно открыл дверцу будки. Аз насторожился и отступил назад. Сержант протянул руки с ошейником. Аз угрожающе зарычал и оскалил зубы. Шерсть на нем вздыбилась, глаза сверкнули в полутьме.
— Аз, Аз! — позвал Вечёра.
Отважившись, он стремительно кинулся к собаке с веревкой. Аз завизжал и, клацнув огромной пастью, бросился на Вечёру. Сержант, отступая назад, упал. Аз мигом очутился сверху.
Вокруг собрались солдаты. Несколько человек попытались зайти в питомник, но Аз никого не подпускал. Оставив на мгновение сержанта, Аз снова сбил его с ног и вцепился в шею. Вечёра отчаянно хрипел. Солдаты бросились на помощь. Кто-то ударил прикладом Аза, и собака, перепрыгнув через невысокий забор питомника, убежала. Больше Аз в питомник не заходил. Он бродил вокруг заставы, принимаясь рычать при приближении людей.
Капитан Власов приказал подстеречь Аза и убить, но Вечёра уговорил начальника подождать еще день.
Под утро Вечёра услышал визг и проснулся. Сон ли это или явь? Но визг был слышен громче, такой оглушительный и душераздирающий, что сон мгновенно слетел, и сержант, наскоро одевшись, выбежал из помещения.
Посредине двора лежала большая свинья, которую откармливали при кухне. Аз вцепился клыками в ее заднюю ногу… На визг собрались солдаты. Они толпились вокруг Аза, не зная, что предпринять. Подошедший капитан Власов засунул в пасть собаки гаечный ключ и всеми силами старался разомкнуть ее и высвободить ногу свиньи. Но у собаки была «мертвая хватка», открыть пасть оказалось невозможным. Заметив, что у свиньи нога переломлена, капитан Власов крикнул:
— Быстро принесите нож!
Свинья была зарезана, на Аза удалось надеть ошейник и загнать его в будку.
— Аза убить… — приказал Власов. — Вечером выведите его в ущелье, застрелите и доложите мне.
Никакие уговоры Вечёры на этот раз не помогли. Еще никогда у сержанта Вечёры не было так тяжело на сердце.
Тревожно смотрел сержант на часы… Скоро зайдет солнце…
Аз почти не сопротивлялся, когда Вечёра надевал ему на шею петлю. Это удивило сержанта и в то же время обрадовало. «Вдруг он уже начал успокаиваться?» — подумал сержант. Снова мелькнула мысль спасти собаку.
Вечёра хотел незаметно провести Аза через двор заставы. Но избежать посторонних взглядов не удалось. Почти все солдаты стояли около казармы, как бы провожая в последний путь всеобщего любимца. У сержанта было такое чувство, точно он совершил преступление перед солдатами. Он смотрел себе под ноги и, казалось, ничего не видел, кроме настороженного, покорно повизгивающего Аза, который шел неохотно, упираясь, словно знал, куда его ведут.
Вот уже позади остались ворота. Скрылись дома заставы, высокая вышка. Вечёра спустился с Азом в ущелье. Дно ущелья было завалено камнями. Сержант Вечёра вел Аза все дальше от заставы, ловя себя на том, что ему не хочется останавливаться. Может, сержанту было бы легче, если б собака сопротивлялась, но она покорно шла, словно примирилась со своею судьбой.
Вечёра мысленно наметил куст, к которому привяжет Аза, но прошел мимо, наметил другой и его прошел. «Что я делаю?» — упрекнул себя Вечёра и остановился против очередного куста… Он долго возился с веревкой, у него дрожали руки…
— Ну, Аз, прощай! — с дрожью в голосе промолвил сержант. — Прощай, мой любимый Аз!
Слезы катились по щекам Вечёры. Он медленно вытер их, не отрывая глаз от собаки.
Аз настороженно сидел, поджав хвост. Его косо поставленные овальные, очень темные глаза смотрели хмуро. Он чутко повел своей красивой черной широколобой головой.