Дневник космонавта. Три жизни в космосе: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

9 часов вечера, суббота

Крайний сеанс связи позади и это самое хорошее время для того, чтобы полюбоваться картиной за окном. Мы летим почти строго по терминатору. Так и хочется перефразировать - «Из света в тень перелетая» на «Вдоль дня и ночи пролетая». Слева день, справа ночь, а вернее вечер. Граница дня и ночи уходит на запад, и мы какое-то время летим вдоль линии раздела. Спокойной ночи, отходящим ко сну!

Границей или линией это можно назвать с некоторой натяжкой - это скорее человеческое желание упростить мир до более простых красок - до белого и черного. Это настолько плавный и гармоничный переход, что глаз не может выделить действительной границы. Да и нет ее, наверное. Это зона перехода длиной 70-100 км. Сам же «вечер» растянулся на добрую 1000 км! И это удивительная игра света и тени. У меня выходной и уйма времени наслаждаться зрелищем, стараясь подобрать подходящие слова для наблюдаемого действа. Разные по высоте и форме облака, из-за низкого солнца, отбрасывают длиннющие тени от голубого вблизи - до розового в отдалении. Но только полвитка мы летим вдоль вечера, долетаем до максимально достижимой северной точки и теперь на нисходящей части витка летим вдоль утренней границы. Доброе утро, Земля!

Кажется, это Австралия - доброе утро, Австралия! Вижу характерный красный цвет континента, с удивительными по красоте атоллами у берега. Особенно красивое зрелище - грозовые облака. Как будто «кто-то» всемогущий бросил молнию, чтобы участок воды или земли испарился, и испарившись, стал подниматься вверх и там, на высоте 10-15 км, застыл в виде гигантского нераспустившегося до конца белого цветка. И этот кто-то создал столько таких белых цветов, сколько захотел и разбросал их вдоль всей границы света и тьмы. Такие облака отбрасывают тени на сотни километров, образуя череду разных по длине параллельных полос.

В терминаторе есть своя прелесть, своя загадка, своя тайна и своя философия. Я всматриваюсь в картину за окном, силясь понять, в чем же выражается особенная философия терминатора? Ну конечно - это мудрость и покой! Мягкая некатегоричность, нет здесь этого «или-или». Гармония цвета, гармония света и тени. Он как мудрый посредник между действительно противоречивыми вещами - такими как свет и «не свет». Но, как и во всем неопределенном или недосказанном, в терминаторе есть своя интрига, свой простор для домысливания и попыток объяснить, для фантазии.

И линия горизонта, как мостик, как нечто примиряющее, вечно пытается связать воедино все многообразие рождающихся образов.

Глядя на темную часть терминатора, понимаешь, что там находится главная тайна и главная, страшно интересная, загадка. И вдруг осознаешь, насколько ты ничтожно мал перед раскинувшимся простором тьмы и насколько ты велик в вере, что свет все равно придет и тьма отступит.

Глядя на эту величественную картину, абсолютно забываешь, где ты и кто ты, а становишься частью всего этого.

Поразительно.

27 мая 2001 г.

Воскресенье

Мы завтракаем. Как всегда в выходные дни проснулись чуть позднее обычного. На новом столе «творог с орехами и клубникой». Творог с орехами восстановлен из сублимата и по праву является одним из самых популярных блюд для завтрака. Клубника тоже сублимированная, но если ее приготовить (т. е. залить пакет водой) с вечера, то утром очень похожа на нечто среднее между клубничным компотом и вареньем. Ягоды достаточно хорошо восстановились за ночь и выглядят аппетитно. Теперь открываю оба пакета и аккуратно, чтобы потом не собирать все это по стенам - перекладываю клубнику в пакет с творогом. Ложка с длинной ручкой самый лучший инструмент для этой процедуры. Перемешиваю все это, и в пакете образуется бело-розовая кашица. Пусть настоится пять минут пока я буду заполнять пакет с чаем. «Прогресс» привез дополнительный чай по нашей просьбе и теперь можно «побаловаться» чайком.

Ну пора приступать в нашему космическому деликатесу - у-у-у-у…вкуснотища. Надо будет во время сеанса связи поблагодарить пищевиков за доставленное удовольствие. Они этого заслуживают.

Простая на первый взгляд задача: передача управления от одного компьютера к другому на американском сегменте чуть не привела к большим проблемам.

Я выдаю рекомендованную ЦУПом команду с лэптопа для разъединения сегментов по управлению, чтобы не потерять синхронизацию. Не получаю квитанции о прохождении команды, и ЦУП по командной радиолинии разъединяет сегменты. Теперь Хьюстон собирается изменить статус компьютеров. Они держат нас в курсе своих действий, но связь закончилась, и мы тут же получаем аварийный сигнал. Бросаемся к мониторам Центрального Поста. На российском мониторе нет аварийных сообщений, а на американском - «нет связи», как положено. Летим в Лэб, а там букет, новогодняя елка: куча красно-желтых сообщений, и одно из них - переход в режим выживания и отключение части нагрузки по причине потери ориентации. Сюзан открывает красную книгу, пытаясь понять, каковы наши дальнейшие действия.

Я возвращаюсь «домой» - лечу в СМ. Что там на нашем лэптопе? Он «замерз», даже время не меняется. Изредка подрабатывают движки служебного модуля - значит живы и для чего-то включаются. Перезагружаю компьютер и открываю формат системы СУД. Прилетают Джим и Сюзан из Лэбa. Смотрим на экран - режим «управление на Двигателях Ориентации». Управление - это радует!

Есть готовность приборов ДУС, БИНС, есть навигация. Значит, российский сегмент контролирует ориентацию. Слава Богу! И с чего бы это нам вдруг в режим выживания. Знай наших.

Я не особо волновался. Системы обеспечения жизнедеятельности в порядке, система управления движением настолько резервированная и напичканная всякими самоконтролями, что свалить ее не удастся даже американскому сегменту с его «Си энд Си» компьютерами. В сеансе связи докладываем содержание компьютерных форматов. У Земли нет телеметрии и, кажется, мы немного их успокаиваем. Они не знают, по какой причине американский сегмент неожиданно передал управление на российский сегмент. Но это повод для анализа - главное наш сегмент подхватил и удержал - гордость распирает грудь за Державу, за тех скромных тружеников-умниц в Подлипках и в других таких же скромно-зеленых городах России.

Вот такое воскресенье. С клубникой, творогом с орехами и авариями системы управления движением в одном «флаконе» под названием Международная Космическая Станция «Альфа»

29 мая 2001 г.

Вторник

Смена Андрея Огарева, третья смена Главной Оперативной Группы Управления. После конференции по планированию работаем по укладке грузов, доставленных «Прогрессом». Чистим функционально - грузовой блок, и к 11:00 он выглядит гораздо приличнее. На полу только контейнеры с питанием для МКС-3 и шумопоглощающие маты.

Занимаюсь физо - 5 км! Это почти то же, что было на «Мире», но там 5 км с двигательным режимом, а здесь весь путь холостой ход.

После обеда боролся с конденсатом, который начал выпадать на шпангоуте нашего транспортного корабля. С помощью Земли нашел воздушный нагреватель и воздуховод, и к вечеру конденсат ушел. И в спускаемом аппарате, и в бытовом отсеке стало заметно теплее.

30 мая 2001 г.

Хороший сегодня день. И работы было много, и все сделали. Еще раз убеждаешься, как много зависит от «главного оператора». Олег Гамаюнов очень хорошо справляется со своей работой. Джим подключал кабели «Компаруса» в функционально - грузовом блоке, хорошо, что я приготовил все еще при демонтаже старого блока в период совместного полета с 6А. Я в это время установил стыковочный узел на люк «Прогресса». И «Блок 800» перевели в режим хранения, и микрокомпрессор у «Воздуха» поменяли, и физо пробежал 4,5 км - совсем не плохо.

Оглянулись только вечером, за ужином.

Манипулятор не работает. Хьюстон не знает причины отказа и не может планировать тестовые работы и тренировки к предстоящему полёту Шаттла - 7А. Уже ходят разговоры о переносе полета 7А не ранее 20 июня (а по последним данным на 2 июля), а 7А.1 - на начало августа. Опять сроки меняются, но не меняется мое философское отношение к «новым» срокам.

Летаем по терминатору - время не очень хорошее для наблюдений, но сегодня рассматривал в бинокль грозовые «грибы-облака» и интересное дело - почти под каждым из них белая стена - очень похоже на падающий дождь.

Вчера вечером, приблизительно в 12 ночи, впервые в этом полете видел «серебристые облака» - позвал Джима и Сюзан, а то отлетаем и не увидят. Красивое зрелище, но что-то есть тревожное в их виде.