Это не было территорией, на которой размещаются дружественные силы.
ГЛАВА 8: ПЛАНЫ ВОЙНЫ: ДЕБАТЫ В ПОЛИТБЮРО
Генерал-майор Игорь Бородин, член ЦК и секретариата так называемого административного управления, органа, фактически контролировавшего Красную армию и КГБ, избежал резни в последние дни августа 1985 в Москве и получил убежище в штабе 7 американского корпуса. Его отчет для Верховного командования ОВС НАТО в Европе (SH-003-47B-5320) от 17 сентября 1985 года был рассекречен 5 июня 1986.
За исключением периода кризиса, политбюро заседало раз в неделю, по четвергам в три часа дня, когда его члены и кандидаты в члены собирались в старом здании сената в Кремле.
Политбюро было воплощением абсолютной власти партии над всеми сторонами жизни общества. Было несколько декораций для отвода глаз, таких как пост президента, который не имел никакой реальной власти, парламента и Верховного совета, который единогласно ратифицировал все решения политбюро, и члены которого назначались из числа самых преданных партийных работников, которые могли быть заменены без каких-либо затруднений. Не было никаких сомнений в том, кому принадлежала реальная власть.
Повестка обычных заседаний Политбюро разрабатывалась на несколько месяцев вперед Секретариатом ЦК КПСС, а затем одобрялась членами Политбюро. Секретариат Центрального комитета готовил и распространил все требуемые материалы в установленное время, подбирал людей, которые должны будут дать определенную информацию — министров, маршалов и генералов, дипломатов и разведчиков, редакторов ведущих газет, писателей, ученых и юристов, руководителей Госплана (государственная организация планирования), уголовно-исполнительной системы, органов пропаганды, сельского хозяйства и так далее.
Для некоторых из них получение повестки от Секретариата ЦК было катастрофой. Для других она означала начало карьерного роста. В некоторых особенно важных случаях, после получения запроса от Секретариата, следовало прибыть для выступления перед членами Политбюро самостоятельно.
Политбюро интересовало все, и оно имело решающее мнение по всем вопросам. Оно могло решать, способствует ли оперная постановки интересам социализма и может ли или не может быть поставлен определенный балет.
6 декабря 1984 года Политбюро обсуждало ситуацию в Европе. Оно привыкло полагаться на различные источники информации. Для заседания были подготовлены два доклада, один от политической разведки (Первое главное управление КГБ СССР), второй — от военной разведки (Второе Главное управление генерального Штаба вооруженных сил СССР — ГРУ). Оба доклада строились на различных методах анализа. Оба содержали одинаковый вывод: Западная Европа умирает в результате распада.
КГБ взяло на себя некоторую смелость полагать, что основной причиной политического и экономического упадка Западной Европы является неограниченная власть профсоюзов. Воспоминания о движении «Солидарность» в Польше были уже свежи в советских умах, и это добавило докладу основательности. Коммунистические партии в странах Запада оказались в значительной степени неэффективными инструментами советского влияния, так как либо были неудачливы на политической арене, как в Соединенном Королевстве, либо политически неблагонадежны, как в Италии. Однако они достигли реальных успехов во влиянии на структуру производства, проникнув в профсоюзы, как местные, так и национального значения. Буржуазные правительства в странах Западной Европы не могли или не желали прибегать к польскому пути в форме введения военного положения как средства сдерживания саморазрушающих сил, и замедлять темпы экономического роста, что это могло привести к краху всего западного капитализма. Их усилия по улучшению ситуации через «социальные контракты» и тому подобные меры были до смешного неэффективны. В соответствии с доктриной марксизм — ленинизма, западное общество раздиралось экономическими противоречиями. Правительства были готовы терпеть массовую безработицу как альтернативу инфляции. Рабочие были готовы похоронить большую часть промышленности ради сохранения устаревших методов производства. Для Советского Союза пришло время действовать, прежде, чем накопленные разочарования вынудят правительства западных стран, наконец, принять адекватные меры для контроля за производственной анархией.
ГРУ полагало, что причиной распада Европы являлось беспрецедентное распространение нейтралистских и пацифистских настроений. Европа не хотела защищать себя. Казалось, там полагали, что наилучшей защитой является беспомощность. Решительные действия Советского Союза на международной арене ослабляли Европу. Советская военная интервенция в Афганистан не только не вызвала сплочения Западной Европы и НАТО, но и способствовала его ослаблению. То же самое касалось и событий в Польше. Но нейтральные и пацифистские настроения не могли сохраняться долго.
В ходе обсуждения был поднят самый важный вопрос: созрел ли плод достаточно? Пришло ли время тряхнуть дерево?
Мнения разделились. ГРУ полагало, что время пришло. Благодаря политике разрядки, Советский Союз оказался в состоянии развернуть целой новое поколение ядерного оружия, а также улучшенное обычное вооружение. Запад, по политическим и экономическим причинам не мог соответствовать такому уровню. Но в будущем Европа может изменить свое мнение и перейти к более жесткой политике, проводимой в последнее время Соединенными Штатами.
КГБ же считал, что более благоприятная ситуация разовьется через еще пару лет. Предположение, что Западный Альянс станет более прочным и последовательным в будущем были, конечно же, необоснованно. Европа еще больше отдалится от США, раскол внутри ее самой усилится. Дальнейшее повышение цен на нефть, экономический спад, забастовки и все более бурные демонстрации приведут к состоянию глубокой неопределенности и всеобщего недовольства. Это может кончиться свержением правительств некоторых стран Западной Европы, прежде всего тех, которые национализировав тяжелую промышленность, оказались совершенное не в состоянии эффективно ею управлять.
Обе спецслужбы пришли к выводу, что наилучшие возможности для начала боевых действиях откроются в случае массовых беспорядков в западноевропейских городах, организованных профсоюзами, сторонниками движений за мир, студентами, безработными, расистами и защитниками окружающей среды. Коммунистические партии в этих странах, действуя, в основном, через членов профсоюзов, окажутся крайне полезны. Правительства стран Западной Европы окажутся настолько дестабилизированы и парализованы этими беспорядками, что Советскому Союзу будет нетрудно найти повод для вмешательства.
Был поставлен вопрос: уверена ли советская разведка в возможности организации беспорядков в достаточном масштабе. Представители обеих спецслужбы ответили утвердительно.
Совет обороны перешел к рассмотрению оперативного плана. Советом обороны являлась самая влиятельная часть Политбюро, которая принимала непосредственное участие в решении самых важных военных вопросов. В него входили Генеральный секретарь Центрального Комитета Коммунистической партии, Верховный идеолог Партии, Председатель организационного отдела Центрального комитета (то есть глава партийной машины), министр обороны и председатель КГБ.
Оперативный план военных действий разрабатывался 100 генералами и 620 полковниками Первого Главного управления Генерального штаба. Он был основан на анализе известных факторов и вероятностей, касающихся как советских войск, так и их вероятных противников. Информация о последних поступала от ГРУ.
Оперативный план разрабатывался в конце каждого года, а затем утверждался Советом Обороны. На практике, обычно он представлял из себя план на прошедший год, скорректированный в соответствии с изменением международного положения и соотношения сил.
На основе оперативного плана Генерального штаба разрабатывали свои планы командование Ракетных войск стратегического назначение (РВСН), войска противовоздушной обороны (ПВО Страны), а также главные командования войск направлений. На основе их планов, в свою очередь, разрабатывали собственные планы для собственных зон ответственности командования округов, флотов и групп войск. Штаб Оперативного Управления строил свои планы на основе информации, поступающей от ГРУ и собственных разведывательных управлений. Они присутствовали при всех основных штабах, располагая собственной агентурной сетью, разведывательными группами, а также средствами радиоэлектронной разведки, воздушными и другими средствами наблюдения.
Восточноевропейские государства не разрабатывали собственных оперативных планов. Вместо этого, штаб организации Варшавского договора предоставил командованиям их армий только то, что имело отношение к поставленным им задачам.
Оперативный План на 1985 год касался всех возможных театров военных действий.
Пятидесяти советских дивизий на Дальнем Востоке и в Забайкалье (из которых, однако, только восемь относились к первой категории — то есть к силам постоянной готовности) было достаточно, чтобы прикрыть на время границу. Китай, без сомнения, превратиться в серьезную угрозу когда-то в будущем. Мировой кризис может открыть перед ним новые возможности. Но на данный момент, этот регион останется стабильным.
В юго-восточной Азии всегда сохранялась возможность конфликта с Соединенными Штатами и (или без участия) их союзников.
На Ближнем Востоке СССР в это году уже оказался на грани войны с США. Это проистекало из вредоносных решений государств региона. Сирия и Израиль были главными зачинщиками. Напряженные усилия сделали возможным избежать открытого конфликта и нейтрализовать Израиль под гарантии безопасности, создав автономное Палестинское государство. Этими действиями в регионе была создана некоторая стабильность. Хотя это шло во вред долгосрочным планам, оно давало некоторые тактические преимущества в краткосрочной перспективе. Было желательным сохранение нейтралитета Израиля.
Политика, направленная на дестабилизацию Карибского региона и Центральной Америки, а также на отвлечение внимания США и, в частности, американской общественности от ситуации в Европе имела лишь ограниченный успех. Она должна была быть продолжена.
В оперативном плане детально прорабатывалась возможность непредвиденных военных операций в любом возможном регионе — на Дальнем Востоке и Тихом океане, в Юго-Западной Азии, Африке и Южной Америке. Приоритет отдавался операции в Европе.
Документ ОП-85Е-ССОВ (Оперативный план на 1985 год, по Европе, Совершенно Секретно, Особой Важности) состоял из части Оперативного плана, касающейся возможной военной операции против НАТО в Европе. Мир так и не увидел этого документа. Генерал-майор Бородин однако, утверждает, что достаточно точно помнит его содержание.
«Первая часть документа касалась анализу сил вероятного противника. Вторая часть состояла из анализа сил Советской армии и армий стран Варшавского договора. В третьей рассматривались варианты задействования этих сил.
В третьей части были представлены три варианта наступления: