— Тут не всякий волхв поможет. Сильный нужен. Да и захочет ли…
— Ничего. Заставим, — думая о своем ответил Гаврила. Разбойничьи кони хрипели и дичились — от людей пахло болотом и кровью. Гаврила понюхал себя и добавил.
— А по дороге, чтобы речка была. Отмыться бы.
Он покосился на Исина. Хазарин упорно молчал. От самого терема и по сию пору он не сказал ни слова, только хмурился и смотрел на небо. Гаврила и Избор переглянулись. Оба видели, что хазарин до сих пор не верит в случившееся… Избор покачал головой, но промолчал, а Гаврила не сдержался.
— Не жди. Не прилетят.
— Но как? — вдруг взревел сотник, наконец-то поверив, что то, чего он так боялся все же произошло.
— Как? Ведь из рук не выпускали!..
— Не кипятись. Это будет первое, о чем волхва спросим. Найти бы его только…
Когда они выехали на дорогу, Гаврила долго вслушивался в тишину, нависшую над лесом, а потом сказал:
— А ветра-то нет больше.
В голосе его слышалось удовлетворение. Исину не хотелось лишаться последних иллюзий, и он попытался найти объяснение этому. Сотник подставил щеку, но воздух оставался неподвижен, как вода в пруду.
— Лес кругом, — сказал он.
— «Лес», — передразнил его Гаврила, — а вчера тут, что степь была?
— Ладно, поехали, — сдался хазарин. — Теперь-то куда? Где тут колдуны?
Он оглянулся, выбирая дорогу. Лес кругом стоял матерый, плотной коричнево-зеленой стеной отгораживая их от мира. Тут даже в воздухе не было намека на жилье — ни звуков, ни запахов. Только дорога стелилась у ног, приглашая промчаться по себе.
— Люди скажут. Село надо найти.
— А село где?
— Это думать надо.
Дорога перед ними тянулась в оба конца, и на любом из них жили люди. Стоя тут, трудновато было сказать, на каком из концов живут те люди, которые все знают про колдунов. Нужно было выбирать, и хазарин решил показать, как это делается. Он плюнул на ладонь, и не глядя, ребром другой ладони, ударил по лужице слюны. Капля, длинная как сам плевок соскользнула с ладони в воздух, и отлетела вправо. Зацепившись за ветку, она повисла, и качалась там, блестя на солнце.
— Туда, — сказал Исин. — Поехали…
— Ты за своей соплей сам поезжай, — ответил Гаврила. — А нам в другую сторону.
Исин не то что бы обиделся, но спросил.
— Это почему в другую? Ближе там что ли?
— Ближе.
— Откуда знаешь?
— Ближе к тому месту, где талисман потеряли.
Конечно, никто из них не мог толком сказать, как будет лучше, но здравый смысл подсказывал Гавриле, что нужно ехать назад: и дорога была знакомой, и люди там имелись, и так действительно было ближе к похитителям.
Глава 40
Они ехали не быстро, внимательно выглядывая следы людей. То, что они искали, изредка попадалось им на глаза — то разбитый кувшин, то сваленные топором деревья, то коровий череп, невесть как оказавшийся на ветке.
— Скоро, — говорил в этих случаях Гаврила, но слово так и оставалось обещанием и через час они никого не встретили. Злость, что плескалась у каждого в душе, постепенно утихомиривалась. Теперь, когда почти все было ясно, она тяжким камнем лежала в сердцах дожидаясь своего часа. Они не разговаривали — неочем было говорить, и молча поглощали поприще за поприщем.