После этих слов следовало бы встать и пойти, но никто не сдвинулся с места. Избор несколько мгновений постоял немым укором и тоже уселся. Так они молча сидели и в душах их не было ни злобы, ни отчаяния, ни страха. Они ведь теперь даже не знали что это такое.
Зато была горечь.
Она жила в каждом. Ни один из них не знал чего он утратил, но они могли предполагать и теперь каждый старался представить то ослепительно-великолепное прошлое, что безвозвратно кануло в небытие.
— Что ж так и будем сидеть? — спросил наконец Избор.
— А чем не нравится? — тусклым голосом отозвался вынырнувший из задумчивости Гаврила. — Травка вон… Мягко… По голове не бьют.
— Ни еды ни костра… — сказал вдруг хазарин. — Чего сидеть? Идти нужно… Так и так без еды много не высидишь.
Он зашевелился, делая вид, что вот-вот встанет.
— Это точно! — подхватил Избор, почувствовавший поддержку. — Пошли отсель?
Это было и вопрос и предложение одновременно. Гаврила, не зная на что решиться, пожал плечами.
— Куда идти-то? Ни цели нет, ни направления.
— Как нет? — удивился Исин. — Очень даже есть! Будем искать то, что потеряли.
Он встал, примером увлекая Избора. Гаврила посмотрел на них, вздохнул и тоже поднялся. Он как-то недоверчиво посмотрел окрест. Рассвет залил землю вокруг плотным слоем тумана и мир казался тонкой прослойкой пронзительно-свежего летнего воздуха, зажатой между двумя слоями тумана…
— Я о другом. Если идти, то в какую сторону?
— Пошли назад, — предложил подумав Избор. — Нас там наверное помнят.
Он ударил ладонью по доспехам, выразив лицом желание разжиться там еще чем-нибудь полезным.
— Вот это-то и опасно… Идти назад значит драться. А с кем? Для чего?
— Да какая разница? — удивился Исин. Его начало злить тугодумие Гаврилы. — Нам бы только людей повстречать…
Он повернулся к Избору ища поддержки, но тот неожиданно сказал:
— Он прав. Лучше вперед. Людей мы и там встретим.
Исину в общем-то было все равно в какую сторону идти — вперед или назад и он быстро согласился.
— Ну хорошо, хорошо… Только куда это «вперед»? Вперед может идти только тот кто знает будущее, а у нас ни его, ни прошлого нет.
— Ну это-то просто, — отозвался Гаврила. Появившаяся цель делала жизнь осмысленной. Он стряхнул цепенившую его тоску, пощупал траву вокруг себя, поднял что-то рассмотрел и отбросил. Хазарин щурясь смотрел на него и Масленников объяснил:
— Не по воздуху же мы сюда долетели. Тут следы должны были остаться, только поискать нужно.
Ловя его на слове Исин уселся в туман и заявил.
— Вот отсюда и искать начнем!
Что-то в их головах еще сохранилось и они, без особого труда читая следы, начали разбираться со своим вчерашним днем. Масленников прошелся по поляне, обошел вокруг муравейника, лег на землю, принюхался, провел по траве ладонью.
— Кто-то еще был с нами, — сказал он. — Маленький кто-то, легкий… Или женщина, или ребенок.
Избор подошел, присел рядом, посмотрел. Да все так, Гаврила не ошибся. Трава в этом месте еще хранила отпечаток маленького тела. Он огляделся по сторонам.
— Маленькая девочка, — сказал хазарин, совмещая все, что сказал Гаврила.
— А куда пропал?