Клейтон нервно улыбнулся, вдруг сообразив, что Аурелия может не понять юмор ситуации.
– Не мог же я вернуться к вам и сказать, что проиграл все деньги…
– Так что, мистер Таулс вернул вам выигрыш?
– Нет, так в покере не бывает. Я предложил ему сыграть еще партию. На двойную ставку. Раздал карты. У Таулса оказался туз, король, девятка и какая-то карта на руках. У меня – дама, четверка, тройка, и двойка на руках. «Стрит» не выходит. Масть тоже не выходит. И если ни у одного не образуется пары, то он выиграет, потому что у него туз.
Аурелия побледнела, с нетерпением дожидаясь конца истории. От волнения у нее даже взмокли ладони.
– Потом я сдал ему и себе еще по карте. Таулс получил вальта. А я – еще одну двойку.
– Это хорошо? – спросила Аурелия, ничего не смысля в азартных карточных играх.
– Хорошо? – ухмыльнулся он. – Да это замечательно! Я выиграл. На двух паршивых двойках.
Аурелия с облегчением вздохнула. Но радость ее была недолгой, потому что, секунду подумав, она не удержалась и с любопытством спросила:
– Позвольте. Если вы в первой игре потеряли все свои деньги, а на мои и Вальдо деньги не играли, что же вы поставили на кои во второй раз?
– Кольцо.
Глава 14
– Да как вы посмели!..
– Посмел. Взял и поставил кольцо. Теперь вы все знаете. И нечего на меня смотреть, как на чудовище. Я же выиграл! Вы не забыли? Кольцо ваше в целости и сохранности. Вот оно, смотрите.
Он показал кольцо Аурелии и снова положил его в карман. Но вид кольца ее нисколько не успокоил.
– Вы поступили безответственно, Клейтон!
– Безответственно? Нет уж, не бросайтесь обвинениями. Может, я поступил неосмотрительно, но больше мне ничего не оставалось. И все обернулось наилучшим образом.
– Вы поступили безответственно и безрассудно.
– Черт возьми, Аурелия, да вы расслышали, что я выиграл?
– А могли и проиграть.
– Не мог!
– Вы рисковали вещью, которая вам не принадлежит. Кольцом моей сестры. Наследством моей бабушки. По какому праву?
– Я скажу вам, по какому праву, – повысил голос Клейтон. – По праву человека, отвечающего за пятьсот фунтов груза.
– Не стройте из себя честного рыцаря. Ничего благородного вы не сделали.
Клейтон мрачно смотрел на Аурелию. Он и не представлял, как эти слова ранят его! Безответственный! Безрассудный! Такие знакомые обвинения! Не важно, что их произносит другой человек и в другом месте. Неужели он навсегда останется сыном нищего пьяницы, он навсегда останется плохим отцом мальчику, который заслуживает лучшего.
И тут Аурелия нанесла ему самый болезненный удар:
– После всего того, что с нами случилось, я думала, вы действительно решили помочь мне. Я вам доверяла. Мне казалось, что между нами возникла дружба, – добавила она, но голос предательски дрогнул, словно само это признание причиняло ей боль.
Глаза Аурелии наполнились слезами, и се боль отозвалась в сердце Клейтона. Он прошептал, словно боясь, что кто-нибудь услышит его признание и поймет, какие неведомые силы связывают его с этой женщиной:
– Конечно, возникла, Аурелия. Даже нечто большее.
– Нет, вы меня просто использовали!