— Что? — настороженно спросил Гридли.
— Ничего… Прошли примерно треть спуска. Как самочувствие?
— О'кэй, — не очень уверенно отозвался Гридли.
— Почему остановка? — прогудел в наушниках голос шефуни.
— Отдыхаем…
— Не слышу…
— Отдыхаем, — крикнул Кирилл.
— Поняли… Говорите громче! Вас стало хуже слышно.
— Мы вас слышим хорошо.
— Как самочувствие?
— Прекрасно.
Они двинулись дальше. Продолжая считать ступени, Кирилл прислушивался к себе как бы извне. Нет, страха он не испытывал. Легкое волнение, ощущавшееся перед спуском, улеглось. Он был спокоен, внимателен, уверен в себе, не ощущал никакого внешнего воздействия на психику.
— Как дела? — прозвучало в наушниках.
— В порядке.
— Отвечайте! Почему молчите?
— Мы ответили — пока все в порядке, — громко крикнул Кирилл.
— Они нас не слышат, — сказал Гридли.
— Может, что-то случилось с моим микрофоном, попробуйте вы.
Гридли дважды громко повторил ответ Кирилла. Некоторое время в наушниках слышался шорох, потом голос шефуни встревоженно произнес:
— Нет, не отвечают… И опять стоят на месте. Чертовщина какая-то…
«Даже ему изменяет выдержка, — подумал Кирилл, — видимо, «одна шефуня» не такая уж постоянная величина в условиях Марса».
— Попробуем дать знак иначе. — Кирилл повернулся к Гридли, — встряхните один раз резко верхний канат.
— О'кэй.
«Он тут не очень разговорчив…» — мелькнуло в голове Кирилла.
Он не успел развернуть эту мысль, потому что в наушниках снова послышался голос шефуни:
— Чего-чего? Ну тогда ладно, — раздался вздох облегчения, — значит, телефон… Дедовские способы они всегда надежнее… Переключаем все внимание на канаты, Лесли.
— Они поняли, — сказал Кирилл, — поехали дальше.
— Угу, — прозвучало в наушниках.
Кирилл продолжил счет ледяных ступеней. В самом начале пятой сотни впереди зеркально сверкнула поверхность забоя.
— Мы на месте, — объявил Кирилл.