Градобоев уходит на крыльцо.
Сидоренко (Силану, подавая табакерку). Березинского!
Силан. С золой?
Сидоренко. Малость.
Силан. А стекла толченого?
Сидоренко. Кладу по пропорции.
Силан. Что нюхать, что нюхать, братец ты мой? Стар стал, ничего не действует; не доходит. Ежели ты мне, – так стекла клади больше, – чтоб он бодрил… встряхивал, – а это что! Нет, ты мне, чтоб куражил, до мозгов доходил.
Уходят в ворота. С крыльца сходит Параша.
Параша. Тихо… Никого… А как душа-то тает. Васи нет, должно быть. Не с кем часок скоротать, не с кем сердечко погреть! (Садится под деревом.) Сяду я да подумаю, как люди на воле живут, счастливые. Эх, да много ль счастливых-то? Уж не то чтобы счастия, а хоть бы жить-то полюдски… Вон звездочка падает. Куда это она? А где-то моя звездочка, что-то с ней будет? Неужто ж опять терпеть? Где это человек столько терпенья берет? (Задумывается, потом запевает):
Входят Вася и Гаврило.
Параша, Вася, Гаврило.
Гаврило. Погулять вышли?
Параша. Погулять, Гаврюша. Дома-то душно.
Гаврило. Теперь самое такое время, что гулять-с, и для разговору с девушками это время самое для сердца приятное. Так-с, точно мечта какая али сон волшебный-с. По моим замечаниям, вы, Прасковья Павлиновна, меня любить не желаете-с?
Параша. Послушай, Гаврюша, ведь этак можно и надоесть! Который ты раз меня спрашиваешь! Ведь ты знаешь, что я другого люблю, так чего ж тебе?
Гаврило. Так-с. Я полагаю, что мне и напредки в ожидании не быть-с.
Параша. А напредки, голубчик, что будет, один бог знает; разве я в своем сердце вольна? Только, пока я Васю люблю, уж тебе нечего приставать. Ты погляди-ка лучше, не подошел бы кто, мне с ним поговорить нужно…
Гаврило. Оченно могу-с. Потому желаю от всего моего чувствительного сердца хотя даже этакой малостью быть вам приятным. (Отходит.)
Параша. Ну, вот молодец! (Васе.) Вася, когда же?
Вася. Дела-то у нас с тятенькой пораестроились.
Параша. Знаю. Да ведь вы живете; значит, жить можно; больше ничего и не надобно.
Вася. Так-то так…
Параша. Ну, так что ж? Ты знаешь, в здешнем городе такой обычай, чтобы невест увозить. Конечно, это делается больше по согласию родителей, а ведь много и без согласия увозят; здесь к этому привыкли, разговору никакого не будет, одно только и беда: отец, пожалуй, денег не даст.
Вася. Ну, вот видишь ты!
Параша. А что ж за важность, милый ты мой! У тебя руки, у меня руки.
Вася. Я уж лучше осмелюсь да так приду когда-нибудь, отцу твоему поклонюсь в ноги.
Параша. Вася, голубчик, терпенья моего нехватает.
Вася. Да как же быть-то, право, сама посуди.
Параша. Ты по воле ходишь, а я-то, голубчик, подумай, что терплю. Я тебе говорю по душе: нехватает моего терпенья, нехватает!
Вася. Уж ты малость-то, Параша, потерпи еще для меня!