Том 9: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Троцкий пытался недавно, на XV конференции ВКП(б), противопоставить этой цитате другую цитату из сочинений Ленина, где говорится о том, что “Коммунизм — это есть Советская власть плюс электрификация всей страны” (см. т. XXVI, стр. 46). Но противопоставлять эти цитаты друг другу — значит искажать основной смысл брошюры Ленина “О кооперации”. Разве электрификация не есть составная часть крупного производства и разве она возможна вообще в нашей стране без крупного производства, сосредоточенного в руках пролетарской власти? Не ясно ли, что слова Ленина в брошюре “О кооперации” насчет крупного производства, как одного из факторов строительства социализма, включают в себя и электрификацию?

Известно, что оппозиция ведет более или менее явную, а чаще всего скрытую борьбу против основных положений, изложенных в этой цитате из брошюры Ленина “О кооперации”.

Спрашивается, при чем же тут “теория” Сталина?

Таковы основные положения ленинизма в вопросе о строительстве социализма в нашей стране.

Партия утверждает, что этим положениям ленинизма коренным образом противоречат известные положения Троцкого и оппозиционного блока о том, что “строительство социализма в национально-государственных рамках невозможно”, что “теория социализма в одной стране есть теоретическое оправдание национальной ограниченности”, что “без прямой государственной поддержки европейского пролетариата рабочий класс России не сможет удержаться у власти” (Троцкий).

Партия утверждает, что эти положения оппозиционного блока являются выражением социал-демократического уклона в нашей партии.

Партия утверждает, что формула Троцкого насчет “прямой государственной поддержки европейского пролетариата” есть формула полного разрыва с ленинизмом. Ибо, что значит поставить строительство социализма в нашей стране в зависимость от “прямой государственной поддержки европейского пролетариата”? Как быть, если европейскому пролетариату не удастся взять власть в ближайшие годы? Можно ли вертеться нашей революции на холостом ходу в ожидании победы революции на Западе в продолжение неопределенного времени? Можно ли рассчитывать на то, что буржуазия нашей страны согласится ждать победы революции на Западе, отказавшись от своей работы и от своей борьбы против социалистических элементов нашего хозяйства? Не вытекает ли из этой формулы Троцкого перспектива постепенной сдачи своих позиций капиталистическим элементам нашего хозяйства и потом перспектива ухода нашей партии от власти, в случае затяжки победоносной революции на Западе?

Не ясно ли, что мы имеем тут дело с двумя совершенно различными линиями, из которых одна есть линия партии и ленинизма, а другая — линия оппозиции и троцкизма?

Я спрашивал в своем докладе Троцкого и продолжаю спрашивать: разве это не верно, что теорию Ленина о возможности победы социализма в отдельных странах Троцкий квалифицировал в 1915 году, как теорию “национальной ограниченности”? Но я не получил ответа. Почему? Неужели фигура умолчания является признаком мужества в полемике?

Я спрашивал, далее, Троцкого и продолжаю спрашивать: разве это не верно, что он повторил обвинение насчет “национальной ограниченности” против теории строительства социализма еще совсем недавно, в сентябре 1926 года, в известном своем документе, обращенном к оппозиции? Но я и на этот раз не получил ответа. Почему? Не потому ли, что фигура умолчания является тоже своего рода “маневром” у Троцкого?

О чем все это говорит?

О том, что Троцкий остается на своих старых позициях борьбы с ленинизмом в основном вопросе о строительстве социализма в нашей стране.

О том, что Троцкий, не имея мужества выступить прямо против ленинизма, пытается прикрыть эту свою борьбу критикой несуществующей “теории” Сталина.

Перейдем к другому “маневреру”, к Каменеву. Он, видимо, заразился у Троцкого и стал тоже маневрировать. Но маневр у него получился грубее, чем у Троцкого. Если Троцкий пытался обвинять одного Сталина, то Каменев взял да бросил обвинение всей партии, заявив, что она, т. е. партия, “подменяет международную революционную перспективу национально-реформистской перспективой”. Не угодно ли: наша партия, оказывается, подменяет международную революционную перспективу перспективой национал-реформистской. Но так как наша партия является партией Ленина, так как она в своих решениях по вопросу о строительстве социализма опирается целиком и полностью на известные положения Ленина, то выходит, что ленинская теория строительства социализма является теорией национал-реформизма. Ленин — “национал-реформист”, — вот какой глупостью угощает нас Каменев.

Есть ли у нашей партии какие-либо решения по вопросу о строительстве социализма в нашей стране? Да, есть, и даже очень определенные решения. Когда были приняты партией эти решения? Они были приняты на XIV конференции нашей партии в апреле 1925 года. Я имею в виду известную резолюцию XIV конференции о работе ИККИ и социалистическом строительстве в нашей стране. Является ли эта резолюция ленинской? Да, является, ибо за это могут нам поручиться такие компетентные люди, как Зиновьев, который держал доклад на XIV конференции в защиту этой резолюции, и Каменев, который председательствовал на этой конференции и который голосовал за эту резолюцию.

Почему же тогда Каменев и Зиновьев не постарались уличить партию в противоречиях, в расхождении с резолюцией XIV конференции по вопросу о строительстве социализма в нашей стране, которая (резолюция) была принята, как известно, единогласно?

Чего же, казалось бы, легче: у партии имеется специальная резолюция по вопросу о строительстве социализма в нашей стране, голосовали за нее Каменев и Зиновьев, оба они обвиняют теперь партию в национал-реформизме, — почему бы им не аргументировать от такого важного партийного документа, как резолюция XIV конференции, которая трактует о строительстве социализма в нашей стране и которая является, очевидно, ленинской от начала до конца?

Обратили ли вы внимание, что оппозиция вообще, Каменев в особенности, обходили резолюцию XIV конференции, как кот горячую кашу? (Смех.) Откуда у них такая боязнь резолюции XIV конференции, принятой по докладу Зиновьева и проведенной при активном содействии Каменева? Почему Каменев и Зиновьев боятся даже мельком упомянуть об этой резолюции? Разве она, эта резолюция, не трактует о строительстве социализма в нашей стране? Разве вопрос о строительстве социализма не является основным спорным вопросом нашей дискуссии?

В чем же тут дело?

Да в том, что Каменев и Зиновьев, будучи в 1925 году за резолюцию XIV конференции, отреклись потом от этой резолюции, отреклись, стало быть, от ленинизма, перешли на сторону троцкизма, и теперь они боятся коснуться хотя бы мельком этой резолюции, опасаясь быть изобличенными.

О чем говорит эта резолюция? Вот цитата из этой резолюции:

И далее:

Вы видите, что резолюция XIV конференции является точным изложением основных положений ленинизма в вопросе о возможности строительства социализма в нашей стране.

Вы видите, что в резолюции троцкизм квалифицируется как противовес ленинизму, а ряд тезисов резолюции исходит из прямого отрицания основ троцкизма.

Вы видите, что резолюция целиком отражает те споры, которые разыгрались теперь вновь по вопросу о построении социалистического общества в нашей стране.

Вы знаете, что мой доклад был построен на основе руководящих положений этой резолюции.

Вы помните, должно быть, что я упоминал в своем докладе специально о резолюции XIV конференции, обвиняя Каменева и Зиновьева в нарушении этой резолюции, в отходе от этой резолюции.

Почему же Каменев и Зиновьев не попытались рассеять это обвинение?

В чем тут секрет?

А секрет тут в том, что Каменев и Зиновьев давно уже отреклись от этой резолюции и, отрекшись, — перешли на сторону троцкизма.