- Я те, блядь постучу, ты себе по голове лучше постучи, долбоеб. Может, соображать начнешь.
- Вроде наши,- растерянно сказал красноармеец, и закричал,- парни, это наши с того берега приплыли.
В это время раздался пронзительный свист и первый немецкий снаряд, разорвался, далеко за линией обороны.
- Эй, вы наверху!- вновь закричал красноармеец, - давайте выбирайтесь, Немец опять попер. Сейчас раздолбает вашу танкетку.
Сверху, один за другим посыпались вниз красноармейцы, Ивашова, который по-прежнему был без сознания, спустили на найденной веревке. Последней пустилась Наташа и Трофимов, которой тащил на плече, открученный с треноги пулемет. Коробки с лентами несли уже спустившиеся бойцы.
Начатый обстрел после пятого или шестого снаряда внезапно прекратился. Почему, никого не интересовало.
Зато поэтому вокруг вездехода сразу собралась толпа народа, бойцы спрашивали у приехавших, как они доехали, удивлялись везению. Но тут через эту толпу прошел старший лейтенант в фуражке с малиновым околышем, при виде которого все разговоры умолкли. Он подошел к группе прибывшей с немецкой стороны и быстро определив старшего, приказал:
- Ваши документы сержант.
Он внимательно прочитал книжку, и только потом коротко сказал:
- Докладывайте.
Трофимов быстро и четко доложил обо всем, что произошло с ним и его подчиненными. Лейтенант слушал с непроницаемым лицом, после доклада с задумчивым видом обошел вокруг амфибии. По мере ее осмотра его лицо все больше приобретало кислое выражение.
Он вновь подошел к стоявшим навытяжку красноармейцам , задержал взгляд на Наташе и в последнюю очередь глянул на лежащего на шинели Ивашова.
-Что это с ним? - поинтересовался он,- ранен, контужен?
- Да мы сами не понимаем, ответил Трофимов. В хуторе выскочил, ребенка в кабину принес, а потом, уже когда через реку переправлялись, вдруг потерял сознание. Я не видел, как это произошло, вот рядовая Иванова рядом была, может, она, что пояснит.
Лейтенант вопросительно посмотрел на Наташу. Та растерянно сказала:
- Я ничего не поняла, он сидел, молчал, держался за голову, а потом просто упал на пол и все, и еще он очень горячий был, наверно градусов сорок.
Лейтенант нагнулся и, увидев кровяное пятно на спине, лежащего без сознания бойца, спросил:
- А ранен он был раньше?
Наташа кратко доложила обстоятельства своего знакомства с Ивашовым, а Трофимов, как Ивашов получил ранение.
Безопасник выслушав все, приказал
- Оружие сдать, под конвой и всех в тыл для выяснения и уточнения.
Бойцы, которых Трофимов заранее подготовил к такому исходу, угрюмо молчали, и послушно разоружались. Их отвели в еще недостроенный блиндаж, где они, стрельнув махорки, немедленно, закурили.
Между тем, старший лейтенант, нашел взводного и приказал выделить бойцов, для сопровождения и написать рапорт об обстоятельствах выхода бойцов из окружения на его участке. Младший лейтенант, чье подразделение вчера вечером вышло на этот рубеж, и только начали по серьезному укрепляться, выругался про себя.
- Принесла же нелегкая, этого гондона. Людей и так не хватает, охота ему возится с проверкой. Винтовки им в руки и ко мне во взвод и все дела. Вон сколько мы гражданских прямо здесь мобилизовали, кто их на хер проверял. А тут выдели людей! Чего к мужикам прицепился?
Но у лейтенанта на этот счет были совсем другие соображения.
Вскоре в сопровождении четырех вооруженных красноармейцев, вышедшая из окружения группа шагала в тыл, неся на самодельных носилках, своего товарища, так и не пришедшего в себя. А старший лейтенант все задумчиво ходил вокруг огромной амфибии и задумчиво считал следы от пуль.
Но еще больше он удивился, когда появившийся по его просьбе танкист, не смог завести эту амфибию, и, полазив в двигателе, сказал.
- Ни хуя не понимаю, как они этот сарай завести умудрились, там искры нет и близко, они ведь вроде говорили, что нашли амфибию пустой, немцы сами не могли ее завести. Сейчас танк подгоним, да отбуксируем в тыл, интересная машина, даже не знал, что у немцев такие громадины есть.
- Подожди, старшина, так, что получается, они смогли завести машину, притом, что сами немцы не могли этого сделать,- перебил старший лейтенант механика-водителя танка.
- Ну, видимо так, чего же еще - подтвердил старшина, - но это дело такое, всякое бывает, может, и временно вылезла искра откуда-то.