Наташа и Ивашов уже несколько часов лежали рядом на толстой подстилке из сухого камыша, таким камышом был накрыта их копанка, через камышовые стебли пробивались солнечные лучи, создавая особый полусумрак. Было тихо, и только весенний птичий пересвист нарушал эту тишину. Первый час Наташа забросала своего соседа вопросами о том, чем он занимался после войны, что будет делать после нее, а сама с тревогой ждала, что вот-вот его огромные жесткие ладони полезут к ней под юбку. Она все думала, что будет делать, если это случиться, разрешить или не разрешить ему все. Когда Трофимов сказал, что она должна будет провести этот день рядом с ним, то сразу поняла, чем это может закончиться, а вот с Игорем, ничего не было понятно.
- Я ведь похожа на его сестру, наверно, поэтому он и не обращает на меня внимания,- пришла разочаровывающая мысль.
И действительно Игорь лежал, почти не меняя позу, и даже не думал приставать к ней.
Но вскоре эти мысли ушли, потому что дал знать о себе мочевой пузырь. Трофимов, перед тем, как все стали прятаться приказал всем сходить до ветру, но ей было так неудобно присаживаться на виду у бойцов, что у нее почти ничего не получилось, и вот теперь пришла расплата.
- Она беспокойно пошевелилась. Игорь в полутьме внимательно посмотрел в ее сторону.
- Наташа, - шепнул он ей в ухо, отчего по спине сразу побежали мурашки,- там, у стены я выкопал приямок, ты наверно не обратила внимания, где камыш постелен, ты можешь там пописать, лежа, только раздень все, чтобы не намочить, вот тебе тряпка.
И он сунул ей в руку обрывок полотенца.
Девушка, почувствовала, что краснеет, хотя в темноте этого было почти не видно.
-Ты только не смотри, -прошептала она, и начала опускать трусики. Когда зажурчала жидкость и запахло мочой, она была готова провалиться сквозь землю, но, к сожалению, земля не проваливалась.
Ивашов в это время спокойно лежал, отвернувшись в сторону, и не издал ни единого звука.
После опустошения мочевого пузыря пришло такое облегчение, что даже повысилось настроение и захотелось пошутить.
- Игорь, а ты для себя тоже выкопал ямку,- спросила она.
Тот хмыкнул:
- Ну не ямку, а так дырочку, - и тихо засмеялся.
Во второй половине дня послышался далекий гул, который становился все громче, и вскоре около реки остановилось танковое подразделение немцев. С косогора начали раздаваться веселые выкрики. Потом ниже по течению, где был удобный выход на берег, послышался плеск воды. Видимо уставшие танкисты пытались хоть немного отмыться. Позже послышался звук летящих самолетов. Наташа радостно шепнула:
- Наши! Сейчас дадут жару фрицам!
Но с косогора послышались приветственные выкрики, все-таки это оказались немецкие машины, которые последовали на восток.
Танкисты отдыхали у реки почти до вечера, но потом раздались команды, взревев моторами и оставив после себя бензиновую вонь, которая легко приникала в укрытия, танки ушли на восток.
Наконец, наступила тишина. Но вскоре послышалась команда Трофимова и бойцы , которым жутко надоело лежать в мокрых ямах, с удовольствием, полезли на белый свет. После того, как люди немного отошли от многочасового лежания, Трофимов отправил Ивашова на разведку.
- Ты у нас лесовик, зверя скрадывал, так, что смотри в оба, а то на какой-нибудь секрет немецкий наткнемся, - приказал он. Наташа тоскливым взглядом проводила неслышно исчезнувшего в темноте Игоря.
Сейчас бы уже никто не ошибся, в какую сторону надо идти. С юго-востока доносился гул далекой канонады. Там был фронт.
Трофимов поглядел на небо
- Ни облачка,- отметил он,- Луна взойдет примерно через час, видны будем, как на ладони, эх, хоть бы Ивашов ничего не проглядел.
Тоскливое ожидание закончилось, когда Луна действительно стала подниматься в небе, с косогора все также бесшумно спустился Ивашов.
Он с минуту пытался отдышаться, затем сообщил:
-Километров на пять вперед все спокойно, а вот дальше стоит какая-то военная часть. Там боевое охранение. У нас по-немецки хоть кто-нибудь понимает?
Трофимов усмехнулся.
- Не знаю, у нас тут таких наверно нет.
Наташа вышла вперед:
- Я в школе немецкий учила, простые вопросы задать могу.