Эдельвейсы — не только цветы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Контузия, — определил фельдшер.

Стараясь облегчить страдания солдата, фельдшер развел в кружке снотворное и насильно влил ему в рот. Контуженный вскоре уснул. Почти всю ночь сидел возле него фельдшер, щупал пульс, измерял температуру, опасаясь, что бедняга может не проснуться.

К утру солдату полегчало. Он все чаще открывал глаза, прислушивался к разговору, хотя по-прежнему не мог выговорить ни слова.

А фельдшеру не терпелось:

— Ты из какой части, а? — допытывался он. — Кто у вас командир?

На фельдшера смотрели большие черные глаза. Контуженный силился что-то сказать, но кроме хрипа у него ничего не получалось.

— Кто ты? Как фамилия? — не отставал Селедкин. — Понимаешь, фа-ми-ли-я, — нарочно растягивал он. — Откуда будешь? До-ку-мен-ты.

Солдат кусал губы и невнятно сипел.

Тогда фельдшер решил, что он может написать фамилию, объясниться, так сказать, в письменном виде. Вырвав из тетрадки листок, сунул карандаш в руку:

— Пиши.

Глаза больного закрылись, пальцы разжались, и карандаш упал на пол.

«Да не фриц ли это? — подумал фельдшер. — Мы его лечим, кормим, а он самый что ни на есть «шпрехен зи дойч». Вон сколько их в горах переловили и все под наших подделываются. В гимнастерочках, в кирзовых сапожках, сволочи…»

— Эй, ты, немчура! — не утерпел он.

Раненый повернул голову, открыл глаза:

— Почему не шпрехаешь? Шпрехай, говорю! — настаивал Селедкин, ни бум-бум не понимавший по-немецки.

Больной блеснул глазами. И фельдшеру вдруг показалось, что перед ним действительно немец. Выскочив из землянки, он пустился бегом в штаб, чтобы высказать свои соображения. В штабе никого не оказалось. Вернувшись в санчасть, Селедкин зарядил винтовку и теперь уже не переставал думать о том, как волки рядятся в овечьи шкуры. Увидев вошедшего Калашникова, ошарашил его новостью.

— Не спеши с выводами, — косо взглянул на него сержант.

Но фельдшер был неумолим.

— Еще в сорок первом, — продолжал он, — они целыми взводами переодевались в нашу форму. И, понимаешь, — Селедкин хлопнул сержанта по плечу, — идут этак, в ногу, сволочи, и еще «Катюшу» наяривают, да так, что аж самому подтянуть охота. Честное слово, с места не сойти!

— Постой, ты же весь сорок первый на «ташкентском фронте» был!..

— Ну и что?

— Где ж ты все это видел?

— Не обязательно видеть, — обиделся фельдшер. — Важно знать. Читал я!

— Г-мм, — прыснул Калашников. — Я вон сколько книг о Суворове перечитал, но это не значит, что я с ним пиво пил!

— Не веришь, спроси у замполита. Он с первых дней…

— Я сам с двадцать второго начал. От Бреста до Москвы драпал.

— Потому и не знаешь, что драпал.

— Все отступали.

— А ты бежал! — напирал фельдшер.

— Ладно, хватит. Сам-то ты кто? Тыловая вошь — не больше.