Внучки, которых так ждали Пегги и Расти, родились в субботу, в половине двенадцатого утра. Их папа и дядя Кевин все еще были в сорока милях от берега, и им предстояло заполнить последние четверть трюма и отсортировать несколько тысяч фунтов рыбы. Тетя Карен хотела побыть в больнице, а дядя Расс сидел с детьми. Он с нетерпением ожидал рождения малышей – успеть бы вытащить сети с омарами, пока какие-нибудь любопытные туристы не уничтожили весь дневной улов. Линда оставила двоих своих карапузов у соседки, она прекрасно помнила, каково ей было, когда полтора года назад родился их первенец, а Кевин-то – в море. Дедушка Расти отослал Джоя и Джимми домой, а сам продолжал вышагивать по приемному покою больницы вместе с капитаном Коулом. Руфи чувствовала себя неплохо, но малышки родились совсем крошечными – каждая едва дотягивала до четырех фунтов.
– Я и омаров ловил куда больше, особенно в былые дни, – сообщил Расти Максу, остановившись у выхода из комнаты ожидания.
– Ресторан Джорджа Бэнка, – кивнул Макс, может, Расти хоть немного отвлечется от тревожных мыслей о новорожденных внучках.
– Да уж, четырехфунтовая треска и сорокафунтовые омары, – ухмыльнулся Расти. – Ты тоже помнишь эти времена, сынок?
– Конечно, – кивнул Макс.
– А теперь уходим на полторы сотни миль, и все равно, даже с датчиками, что поставил в этом году на сети, не уверен, что наловлю достаточно и расплачусь за судно. – Расти помолчал. – Деньги теперь совсем не те, что раньше, сынок. И уловы не те. Мои ребята не слушают – это, наверно, у них в крови, – но ты-то… ты-то теперь умнее.
– Я такой же, как все.
– Но у тебя есть завод отца, и тебе удалось выйти на международный рынок. Заграница – вот где теперь будущее.
– Да, над этим и работаю, – согласился Макс: они с Джерри все решали, кто из них осенью отправится в, Японию, в командировку, и все откладывали.
– А как с моей дочерью?
– И над этим тоже работаю, сэр. – «Сэр» он добавил как знак искреннего уважения.
– Собираешься на ней жениться? Честно скажу, мне не понравилось, что она провела у тебя ночь. Конечно, Ари взрослая, ей самой решать… но я хочу, чтобы с ней обращались порядочно.
Макс взглянул через всю комнату на Ари: не успела даже причесаться как следует, и все равно – она прекрасна. Если не считать рубашки, неприятно напоминавшей о Монтане.
– Я женюсь, если она согласится.
– Гмм… Она дьявольски независимая женщина.
Макс так и не понял, смеется отец Ари или хмурится, выражение его лица скрывала рыжая борода.
– Да, сэр, – на всякий случай подтвердил он.
– Считает, что в состоянии все решать самостоятельно.
– Я это ценю, но иногда она меня просто сводит с ума.
– Не может же она приковать себя цепью к палубе, сынок. Если захочет быть с тобой, пусть это лучше будет ее собственное решение.
– Она захочет! – решительно заявил Макс, следя за направляющейся к ним Ари и прекрасно понимая, что лжет никакой уверенности у него нет и в помине.
– Врач сказал, что мы можем повидать Руфи, как только она очнется после анестезии. Обычное кесарево сечение, – проинформировала всех Ари.
– «Обычное»? – Расти не поверил своим ушам. – Ты же знаешь врачей – они всегда спокойны. – А малышки как?
– Кажется, неплохо. Педиатр, доктор Борд-Как-Его-Там, отпустит их домой, как только немного окрепнут. Девоньки крохотные, но здоровенькие.
– Саймоновское племя, крепкое! – Расти явно пытался подбодрить себя.
– Верно, папа. – Ари стиснула его руку.
– Давайте-ка я сейчас поеду на завод и попробую связаться с «Пегги Лу» по радио, – предложил Макс. – Кой там, наверно, с ума сходит.
– У них пока нет имен, – напомнила Ари. – Может, папочка подаст на этот счет какие-нибудь идеи.
– Папочка сам, скорее всего, забыл, как его зовут, – глубокомысленно прокомментировал Расти и потрепал Макса по руке. – Постарайся-ка его успокоить, тебе это проще.
– Обязательно. – Макс увлек Ари по коридору к выходу. – Скажи мне правду. – Они уже стояли у машин, на них дохнуло жаром. – Как малышки?