Они вышли в коридор.
- Я без тебя несколько раз включала и выключала батарею, и вот… - быстро говорила Лена.
Коля уже хотел было переступить порог кабинета, да так и застыл с поднятой ногой: вместо привычной обстановки кабинета Дмитрия Дмитриевича перед его глазами была широкая площадь какого-то чужого, незнакомого города. Люди, одетые в пестрые одежды, спорили о чем-то, перебивая друг друга.
Вот появился огромный снаряд с длинным, похожим на меч острием. У основания снаряда была овальная площадка. К снаряду торопливо подошел Человек, и рука его быстро начертила на площадке какой-то знак. Он был похож не то на прописную букву «Д», не то на исковерканный скрипичный знак. Прошло мгновение, и овальное окно с треском раскрылось.
- Он бежал! - зазвучал чей-то голос.- Бежал! Он захватил несколько своих автоматов!..
Все неожиданно исчезло. Ни Коля, ни Лена не заметили, как в кабинет вошел Человек. Сейчас он держал погасший кубик в своих руках.
- Я забыл предупредить, - сказал он, - здесь хранятся сказки… Странные, страшные, не похожие на ваши… Их нельзя серьезно воспринимать… И потом там, на кухне, Дмитрию Дмитриевичу почему-то стало плохо…
Коля бросился на кухню: перед ним в неестественной позе стоял Дмитрий Дмитриевич. Он вытянул руки вперед, как будто неся что-то хрупкое… Коля дотронулся до его руки, и Дмитрий Дмитриевич рухнул перед ним лицом вниз. Какой-то темный прямоугольничек, шурша, метнулся из его руки. Когда Коля его поднял, Человек быстро спросил:
- Что там такое?
- Какая-то пленка,-ответил Коля.
Человек мягко взял ее из Колиных рук и, сжав в кулаке, смял. Пленка неожиданно вспыхнула. Человек не разжимал руки, пока огонь не погас.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ
- Лена, Человек, помогите! - крикнул Коля, пытаясь поднять Дмитрия Дмитриевича.
Когда Дмитрия Дмитриевича уложили на диван, Коля быстро набрал номер «неотложки» и торопливо заговорил:
- Упал, понимаете, упал, и глаза открыты… А? Что? Адрес? Петровка, там, где каток «Динамо», со дворе… я выйду, встречу…
Лена открыла окно, в комнату ворвался шум дождя.
- Вы к Михантьеву? Да, да! Я не знаю, что с ним, - говорил Коля поднимавшимся по лестнице санитарам; сзади шел врач.
Врач пощупал пульс, выслушал сердце.
- Камфару,- бросил он сестре.- Как это с ним произошло? - обратился он к Коле.
- Как? Мы были вот в этой комнате, а Человек разговаривал с Дмитрием Дмитриевичем на кухне, потом…
- Он совсем неожиданно вскрикнул и упал,- вмешался Человек.
- Нет, нет, - сказала Лена. - Он упал потом, когда Коля к нему прикоснулся.
- Случай сложный, больного нужно положить в клинику, - сосредоточенно говорил врач, помогая санитарам и сестре, укладывающим Дмитрия Дмитриевича на носилки.
Носилки вынесли из квартиры. Коля побежал вслед за санитарами. Лена бросилась вслед за ним, но Человек резко захлопнул перед нею дверь.
Когда носилки уже были в машине, врач сказал, протягивая Коле полоску бумаги:
- Вот, позвоните завтра по этому телефону.
Коля медленно поднялся вверх по лестнице и припал мокрым от дождя лбом к обитой клеенкой двери, его рука нащупала звонок.
«Что же это случилось с Дмитрием Дмитриевичем?- думал он, вслушиваясь в протяжный звонок. К двери никто не подходил. - Может быть, это Человек что-то сделал с Дмитрием Дмитриевичем, ведь мы его толком не знаем, - прорвалась наружу давно родившаяся смутная догадка. - У них был такой резкий разговор… - Коля позвонил еще раз, но опять никто не открыл ему.
Коля позвонил в третий раз. Он был почти уверен, что Человек и на этот раз не откроет дверь. «Но что с Леной? Что делать? Нужно сейчас же открыть, во что бы то ни стало. Взломать дверь? Не выйдет!.. А если попробовать с черного хода?..»
Коля, одерживая дрожь в ногах, вышел во двор, обогнул дом и вошел в дверь черного хода. Влажный ветер гулял над выщербленными ступенями, свободно проникая сквозь распахнутые настежь окна. Свет еще не зажгли, и на лестнице было почти темно. Держась за перила, Коля поднимался все выше и выше. Отыскав нужную дверь, он осторожно просунул в щель лезвие ножа и сбросил крючок. Вот она, знакомая кухня.