MoreKnig.org

Золотые мили: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Причард Катарина



Шрифт:

— Просто не понимаю, как ты можешь терпеть этого человека, — с раздражением сказал Том матери.

— Мне и не нужно терпеть его, — твердо отвечала Салли. — Мне приятно быть с ним. Это не так просто объяснить, сынок. Как-то раз я ведь уже рассказывала тебе об этом. Я очень долго делала то, что должна была делать. Теперь я хочу делать то, что мне нравится.

— Прекрасно, мама, пусть будет по-твоему, — сказал Том.

— Вот именно, — подтвердила Салли.

Однако Том стал реже навещать ее. Эйли же с детьми каждую неделю приходили к ней на часок-другой. У Тома с Эйли было уже трое детей — девочка и два мальчика. И Билли часто забегал после школы с криком: «Здравствуй, бабушка!». Это был крепкий, смышленый, неугомонный мальчишка, вечно голодный и способный в любую минуту уплести пирожок или яблоко, которые Салли всегда припрятывала для него.

Салли вздохнула с облегчением, услышав от Эйли, что Том думает бросить работу под землей. Последнее время он неважно выглядел, и Салли пришла в отчаяние, узнав, что на первом же медицинском осмотре в диспансере Том получил «черный билет». Диспансер этот был недавно открыт федеральными властями в Калгурли для борьбы с ростом заболеваний среди работающих в горной промышленности.

После 1905 года четыре раза назначались королевские комиссии для обследования условий работы на рудниках и влияния их на здоровье рудокопов. Показания горняков и сообщения комиссий вскрыли, какое ужасающее количество человеческих жизней ежегодно губят газы и пыль, образующиеся после отпалки динамитом, антисанитарные условия труда и плохая вентиляция. В официальных отчетах союза горняков эти случаи заносились в рубрику «смерть от естественных причин». А сколько еще гибло от несчастных случаев!

Салли помнила, что заявил однажды председатель одной из комиссий:

— Нас интересуют не заболевания горняков и не то, как это отражается на интересах хозяев, — мы подходим к проблеме с государственной точки зрения. Потеря каждого взрослого рабочего наносит государству материальный ущерб.

Узнав об этом, Динни пробурчал:

— Рудокопы мрут как мухи, а некоторые господа думают при этом только о потере прибылей.

Салли многое узнала из фактов и цифр, опубликованных комиссиями. И прежде всего — как губительна сама по себе работа рудокопа, не говоря уже о несчастных случаях. Мысль об опасности, грозящей всем, кто работает под землей, никогда не покидала Салли; она вечно была в страхе за Тома и уже давно умоляла его бросить работу в забое.

Почти каждая женщина — жена или мать рудокопа — знала из отчетов комиссий, что «всякий, кто в двадцать лет начинает работать под землей на прииске, где имеется кремнистая порода, — а она есть почти везде, — лишится трудоспособности к пятидесяти годам, а то и гораздо раньше, если будет продолжать работать в забое. Иначе говоря, он потеряет треть, а возможно, и больше половины нормальной трудовой жизни».

По мнению врачей, почти у каждого, кто работает под землей, где воздух насыщен минеральной пылью, неизбежно развивается фиброз. «Уж если фиброз начался, вы не расстанетесь с ним до конца дней своих», — сказал как-то доктор Митчел. На первых порах фиброз не дает себя знать, даже не отражается особенно заметно на здоровье и не мешает работать под землей, однако продолжительная работа в атмосфере, насыщенной пылью и газами, убивает медленно, но верно.

— Рудокоп обычно работает до тех пор, пока не свалится. Его подтачивает не туберкулез, а силикоз, — заявил один из врачей, выступавших перед комиссией. Страшные вещи происходили на некоторых рудниках. На Великом Фингале в Дэйдоуне, например, за пять лет умерло около половины всех работавших там молодых итальянцев. Один рудокоп под присягой заявил, что за последние десять лет перемерли почти все рабочие Великого Фингала, которых он знал, особенно итальянцы, работавшие в вертикальных выработках. Кремнистая пыль на больших отвалах губит также здоровье жен и детей горняков. Не менее вредна и пыль белого кварца, разбиваемого толчейным станом; в Бопи-Вейл, например, она, как облаком, окутывает жилища горняков и впивается в легкие мужчин, женщин и детей.

Породу в районе Боулдера считали не такой вредной для здоровья, но все же отвалы, громоздившиеся близ рудников серыми и желтыми холмами и остроконечными пирамидами, были проклятьем для города. Малейший ветерок подымал здесь тучи пыли, осыпая ею дома и людей на улицах. На Калгурли, Лейк-Вью и Стар стали делать отвалы в виде длинных баррикад, вместо того чтобы нагромождать их высокими холмами, но женщины по-прежнему проклинали отвал у Золотой Подковы, горою возвышавшийся над городом, так как их квартиры и кухни при малейшем ветерке оттуда засыпало песком. Они трудились, не покладая рук, безуспешно стараясь поддержать чистоту в доме.

Как указывал в своем отчете санитарный инспектор, неудивительно, что рабочие плохо проветривают свои жилища и почти не открывают окон. Женщины всячески борются с зараженной миазмами пылью, несущейся из мусорных ящиков и с улиц, заплеванных сотнями чахоточных горняков; они стараются оградить свои жилища и пищу от этой пыли. На участках близ разработок свыше четырех тысяч иностранных рабочих с женами и детьми жили в лачугах, сооруженных из старой жести и мешковины. Говорили, что они прилично зарабатывают и могли бы построить себе лучшие дома, но строительные материалы были дороги, а рудокоп никогда не может быть уверен, сколько еще он протянет и долго ли будет у него хоть какой-то заработок.

Почти все иностранцы стремились поднакопить денег, уехать с приисков — либо к себе на родину, либо на побережье, — и там завести какое-нибудь собственное дельце. Когда они все же строились, то воплощали в своих домиках заветные мечты: веселые, причудливые маленькие виллы резко выделялись среди унылой монотонности горняцких жилищ, которые тянулись вдоль бесконечных улиц, — совсем одинаковые коробки из досок и гофрированного железа, выбеленные известкой, облупившиеся от дождей и бурь, изъеденные красной пылью.

Хотя условия жизни и труда рудокопов несколько улучшились после отчета первой комиссии, производившей обследование, однако рабочие не были удовлетворены тем, как проводятся в жизнь ее предложения. Лишь некоторые из них включили в новое трудовое законодательство, но очень многие важные предложения были либо видоизменены, либо вообще оставлены без внимания. В соответствии с указаниями комиссии были переоборудованы подземные уборные, а также площадки, где рудокопы завтракают и отдыхают во время перерыва; в раздевалках были установлены умывальники; несколько улучшена — хотя далеко не достаточно — вентиляция. Люди жаловались, что ширина стволов шахт оставлена прежней. В некоторых шахтах главный ствол, по которому спускалась клеть, служил единственным каналом для доступа воздуха на дюжину горизонтов и на соответственное количество забоев. Рудокопы могли бы назвать немало горизонтов, лишенных вообще какой бы то ни было вентиляции, где приток воздуха был не ближе трехсот футов от места работы и не было ни одного гезенка, ни одной выработки, по которым могли бы отходить пыль и газы. Весь дым от взрывов оставался в забое. Запах газа еще чувствовался в дыхании рудокопов, когда они выходили из шахты после смены.

Теперь о рудниках Золотой Мили шла дурная слава. Прежде, когда рудники были меньше и на них применялся лишь ручной труд, они не были такой западней, говорили старики рудокопы. Темп работы теперь ускорился, разработки велись на большей глубине, возрастало применение пневматических сверл и взрывчатых веществ, — все это пагубно отражалось на здоровье рудокопов и увеличивало смертность. Длительная работа на глубоко залегающих горизонтах выматывала людей несравненно быстрее, чем работа ближе к поверхности. К тому же чем больше динамита, тем больше пыли, как говорят горняки. Они немало ворчали на то, что гезенки и скаты забиты пустой породой: гезенки, в которых не велось работ, использовались для спуска породы, вместо того, чтобы оставаться открытыми для притока воздуха.

Известно, что в забоях с магазинированием руды образуется особенно много пыли. Когда в отсеке породу разбивают на куски, чтобы переправить затем на рудодробилку, в воздухе стоит сплошное облако пыли. По мнению многих, при диагональной выемке пыли образуется гораздо меньше и метод этот безопаснее для рабочих, менее вреден для их здоровья и обходится компаниям дешевле. Однако опасность несчастных случаев при диагональной выемке резко возрастает, если край пласта недостаточно укреплен. По этой причине на Большом Боулдере этот метод применять было нельзя.

На Фингале и на других рудниках люди работали в вертикальных выработках, уходивших вверх на сто, а то и на двести футов. Это значило, что они работали все время в пыли, сыпавшейся на них сверху; к тому же глухой конец находился подчас на расстоянии семисот — восьмисот футов от места притока воздуха. Работа в таких выработках убивает людей, говорил Том. От этого метода следует отказаться, за исключением тех случаев, когда он совершенно неизбежен. С введением лебедки Холмена почти исчезла необходимость производить выемку вверх более чем на двенадцать футов. Но работы велись совершенно так же, как прежде, и всем было известно, что нужда заставляет людей работать в вертикальных выработках, превышающих установленную правилами высоту.

Том резко осуждал систему сдельщины, так как она принуждала рабочих идти на риск. Большинство забойщиков работает сдельно, тогда как откатчики и навальщики получают поденно. Те, кто работает сдельно, подчас наговаривают друг на друга, чтобы получить хорошее место. Если место плохое, им приходится выбиваться из сил, чтобы свести концы с концами. Иногда они вырабатывают несколько больше, но чаще всего куда меньше того, что необходимо для жизни. Вот почему они вечно гонятся за количеством и очертя голову бросаются обратно в глухие забои и вертикальные выработки, когда дым и пыль от взрыва еще висят там такой густой пеленой, что с трудом можно разглядеть зажженную свечу на расстоянии вытянутой руки.

Люди, больные туберкулезом, кашляя, отхаркивая мокроту, продолжают работать под землей в тяжелом, насыщенном вредными газами воздухе — рассаднике заразы. Существовало правило, запрещавшее больным работать под землей, но оно вошло в силу лишь недавно.

Зная, что у товарища нет другой возможности заработать на жизнь, рудокопы не выдавали его администрации и протестовали против применения правила о больных, пока ему и его семье не гарантируют пенсию или подходящую работу.

Обычно в день получки рудокопы по подписке собирали деньги для надорвавшегося на работе товарища и каждый день помогали тому или другому больному, доведенному до отчаяния труженику справиться с непосильной для него работой. Положение настолько осложнилось, что наконец был принят декрет по борьбе с туберкулезом среди горняков, который предусматривал обязательное медицинское обследование всех рудокопов и выдачу пенсий или предоставление подходящей работы туберкулезным больным, признанным непригодными для работы под землей.

На диспансер, открытый федеральными властями, Салли возлагала немало надежд. Большинство тех, кто долгие годы работал под землей, со страхом в душе пошли на первый медицинский осмотр. Молодые и сильные горделиво размахивали справками, в которых значилось: «Здоров»; другие уходили пришибленные: рентгеновские снимки их легких показали зачатки фиброза. Люди постарше угрюмо ворчали, получив подтверждение самых тревожных своих опасений. Но по крайней мере, хоть что-то было предпринято, чтобы приостановить распространение туберкулеза и сколько-нибудь продлить жизнь больным силикозом.

Том был в числе тех, кому поставили диагноз «силикоз». Эйли была очень расстроена этим, Салли пришла в отчаяние, но Том смеялся над обеими.

— Мне чертовски повезло, могло быть и похуже, — сказал он. — Я двенадцать лет проработал под землей, из них больше шести лет забойщиком. Конечно, я был очень осторожен; а все-таки у меня мог быть туберкулез, и тогда гнить бы мне на свалке. Теперь же я доработаю до срока, предусмотренного контрактом, а потом начну подыскивать место на поверхности.

И Салли и Эйли знали, что частицы мельчайшей пыли, несомненно, разъели его легкие — тут уж ничем не поможешь. Однако если он больше не будет работать в этой пыли, он сможет прожить еще долгие годы.

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Барышни и хулиганы
Барышни и хулиганы
[Секс и семейная психология / Исторические любовные романы / История / Проза]
Последние годы перед Первой мировой войной… Бум синематографа — юные барышни до безумия увлечены новомодными фильмами, влюблены в красавцев-актеров и мечтают о карьере королевы экрана. Но только
0
Дамы и господа [2008]
Дамы и господа [2008]
[Исторические любовные романы]
Начало двадцатого века. Состоятельные москвичи проводят время в праздности. Театры, рестораны, балы — вот их основные места обитания. Заданная модой круговерть порождает мучительные отношения:
0
Барышни и хулиганы [2008]
Барышни и хулиганы [2008]
[Исторические любовные романы]
Последние годы перед Первой мировой войной… Бум синематографа — юные барышни до безумия увлечены новомодными фильмами, влюблены в красавцев-актеров и мечтают о карьере королевы экрана. Но только
0
Выпьем конструктивно! Алкоголь и другие напитки с точки зрения антропологии
Выпьем конструктивно! Алкоголь и другие напитки с точки зрения антропологии
[Публицистика / Культурология / Наука и образование]
Сборник статей «Выпьем конструктивно!» под редакцией выдающегося антрополога Мэри Дуглас даже почти четыре десятилетия после его оригинальной публикации обещает российскому читателю немало открытий.
0
Трое в лодке, не считая Харона
Трое в лодке, не считая Харона
[Детективы / Триллер / Проза / Современная проза]
Кто-то назовёт Эдуарда интеллектуалом, добрым человеком и хорошим другом. Другие увидят в нём легкомысленного бездаря и выпивоху. Он идёт по жизни без цели, часто не выбирая средств. Может, бес
0
Страх. Его нам стоит бояться
Страх. Его нам стоит бояться
[Документальная литература / Публицистика / Психология / Секс и семейная психология]
В своей книге практикующий психоаналитик с тридцатилетним стажем рассуждает о природе страха и о том, почему его стоит бояться. Страх – чувство, знакомое многим. Мы стремимся его избежать, обойти,
0
Имя моё-смерть
Имя моё-смерть
[Проза / Современная проза / Роман / Фэнтези]
Лавка зелий попаданки
Лавка зелий попаданки
[Современная проза / Приключения / Фэнтези / Попаданцы]
Вернулась к жизни в теле сироты из другого мира, получила наследство. Да вот только моя земля поражена скверной, а дом выглядит пустым и заброшенным. Но унывать не в моих привычках! Исцелю землю,
0
Барбоскины. Зима в Пёсбурге
Барбоскины. Зима в Пёсбурге
[Детская литература: прочее / Сказка / Детская проза / Детские приключения]
Зима пришла в Пёсбург, а значит, у Барбоскиных начинается время самых снежных приключений! Дружок, Гена, Роза, Лиза и Малыш знают: мороз и сугробы – совсем не повод сидеть дома. Дружок попробует
0
Моя истинная любовь
Моя истинная любовь
[Ужасы / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Я врезалась в него в школьном коридоре, и мне тогда показалось, будто сама судьба на секунду запнулась, узнав нас. Он шептал клятвы, а я, верила, что вот она, любовь. Потом всё покатилось под откос:
0
Жизнь и подвиги Роланда Отважного. Французский средневековый эпос в пересказе Дмитрия Григорьева
Жизнь и подвиги Роланда Отважного. Французский средневековый эпос в пересказе Дмитрия Григорьева
[Военное дело, спецслужбы / Историческая проза / Поэзия / Исторические приключения]
Многим читателям хорошо знакомы поэтические переводы «Песни о Роланде». Однако это лишь один из ярких фрагментов обширного эпического наследия средневековой Франции – в действительности цикл сказаний
0
Русская агентурная разведка всех видов 1901–1918 годы
Русская агентурная разведка всех видов 1901–1918 годы
[Документальная литература / Военное дело, спецслужбы / История]
Во второй половине 1920-х годов перед специалистами Разведывательного управления (РУ) Штаба РККА была поставлена задача «провести обширное исследование, охватывающее деятельность агентуры всех
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
7
Граф поневоле. Книга вторая
Граф поневоле. Книга вторая
[Юмористическая фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Умереть от пули киллера — обидно. Очнуться в 1827 году — странно. Обнаружить, что я теперь двадцатилетний граф, а моё имение разорено, — перебор. Хотя… Жив, молод, с титулом — уже хорошо. С
5
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4
Ревизор: возвращение в СССР 65
Ревизор: возвращение в СССР 65
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев буквально завален работой по уши, но его все устраивает. Ведь он видит, как понемножку, но его усилия
4
Без страха и упрёка 7
Без страха и упрёка 7
[Альтернативная история / Попаданцы]
Алексей Штурмин достиг многого, но настоящее восхождение на вершины власти только начинается.
4
Второй шанс для Лекаря. Том 9
Второй шанс для Лекаря. Том 9
[Альтернативная история / Попаданцы]
Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и приговором — прямо у хирургического
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
2
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
14
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
14
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
11
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Персонаж
Персонаж
[Современная проза / Триллер]
После смерти любимого человека главный герой обращается к психологу в попытке избавиться от мучительных воспоминаний и постоянных видений. Доктор советует ему начать писать, чтобы забыть о прошлом.
0
Лорд Системы 24
Лорд Системы 24
[Боевое фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников]
Спарта выстояла под натиском орочьей волны. Дорожная пыль осела и война подошла к концу. Но значит ли это что можно теперь вздохнуть спокойно? Как бы не так! На западе у соседей идёт
0
Мальчик, который хохочет. Странные истории
Мальчик, который хохочет. Странные истории
[Приключения: прочее / Ужасы / Триллер]
Мальчик, живущий на заброшке и сошедший с ума, привлекает к себе внимание местных ребят, и те решают навестить мальчика, но все идет, как обычно, не по плану.
0
Броуновское движение
Броуновское движение
[Самиздат / Современная проза]
Броуновским движением заняты мои мысли-воспоминания. Заканчивая цикл "Мемуриалки", я твердо его закончил и решил, что вполне очистился. Не тут-то было. Этих воспоминаний и мыслей, веселых и не очень,
0
Живая степь
Живая степь
[Самиздат / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Кто-то хотел бы «понедельники взять и отменить», а выросшему в детдоме подкидышу Платону Громову фатально не везло по пятницам. Проблемы росли вместе со своим обладателем, и к его двадцати четырем
0
Смех в Древнем Риме. Как шутили и над чем смеялись в Вечном городе
Смех в Древнем Риме. Как шутили и над чем смеялись в Вечном городе
[Исторические приключения / Культурология]
О чем шутили древние римляне? Что вызывало у них «ироничную улыбку» или заставляло «покатываться со смеху»? Какую роль играли шутки при императорском дворе, на гладиаторских аренах и даже в суде? На
0
Хочу быть мамой, и папой тоже
Хочу быть мамой, и папой тоже
[Эротика, Секс]
Эта книга – ключ к осознанному материнству и отцовству. Она охватывает весь путь будущего родителя, от момента, когда вы впервые задали себе вопрос: «Хочу ли я детей?», до первой встречи с вашим
0
Чосон. Последняя династия Кореи
Чосон. Последняя династия Кореи
[Исторические приключения / Публицистика / Биографии и Мемуары]
Чосон – династия существовавшая более пяти столетий и представляет собой один из самых значительных и длительных периодов в истории Кореи. Основателем династии стал генерал Ли Сонге, который сверг
0
Газлайтинг – тихое насилие. Как понять, что вы в ловушке манипулятора, вырваться на свободу и построить здоровые отношения
Газлайтинг – тихое насилие. Как понять, что вы в ловушке манипулятора, вырваться на свободу и построить здоровые отношения
[Психология]
Заставить усомниться в себе, своих чувствах, воспоминаниях и действиях, подавить волю и навязать свою картину мира, лишить собственного мнения и сил, сделать человека зависимым – вот задачи
0
Оступление не прекупается
Оступление не прекупается
[Боевая фантастика]
Опубликовано в журнале «Если», № 11–12 за 1994 год. Магнан встретил Ретифа в космопорте и пригласил на срочное совещание у посла Гроссляпсуса. По пути он попросил шофёра-туземца завернуть и
0
Мне только спросить. Как болеть и лечиться правильно
Мне только спросить. Как болеть и лечиться правильно
[Старинная литература: прочее]
Олег Абакумов — врач-терапевт, пульмонолог и победитель конкурса народного признания «Спасибо, доктор!». В книге собрано все, что необходимо знать человеку, который не хочет болеть и стремится лучше
0