Несмотря на всю серьезность их разговора, Рейчел расхохоталась. Он с минуту смотрел на нее горящими глазами и наконец утихомирил ее нежным поцелуем. Рейчел мгновенно отдалась во власть его сильных рук, которые уже скользили по ее спине, подбираясь к округлым ягодицам. Она была его женщиной, а он — ее мужчиной. Несмотря ни на какие условности, они были двумя половинками единого целого.
— Рейчел? — Его губы очерчивали поцелуями линию ее подбородка, в то время как руки уже расстегивали крохотные пуговки на платье и развязывали пояс.
— Да? — Она пыталась, хотя и безуспешно, справиться с узлом его шелкового галстука. Как он умудрился завязать его? Ей казалось, что и вечности не хватит, чтобы ослабить этот узел.
— Ты хочешь иметь детей?
Ее сознание, уже затуманенное страстью, на мгновение прояснилось.
— Да, очень. А что?
— Хорошо. — Он улыбнулся, стаскивая с нее платье. — Я ненавижу презервативы.
Он небрежно отбросил в сторону платье. Рейчел с некоторым сожалением проводила взглядом свой роскошный наряд, но Джонни уже ловко стягивал с нее рваные колготки. Наконец, оставшись только в девственно-белых лифчике и трусиках, она встретила его горящий пристальный взгляд и поняла, что уже ничто на свете не имеет смысла; кроме этого мужчины и чувств, которые он рождал в ней.
— Какое красивое белье.
— Спасибо.
— Кружево, шелк и жемчуг. Не видел ничего прекраснее.
— Я думала, тебе больше нравится, когда я без белья.
— Ну да, — лениво усмехнулся Джонни, — это почти так же красиво.
Его рука легла на кружевную, расшитую жемчугом, чашечку лифчика, а губы отыскали ее рот. Рейчел почувствовала, как требовательное прикосновение его языка пронзило ее сладкой болью. Соски напряглись в ожидании ласки. Знакомая тянущая боль в пояснице заставила ее оторваться от его губ.
— Подожди, — шепнула она.
— Мм. — Он смотрел на ее голые ноги с шелковистой кожей, выделявшиеся на темно-синей ткани его шерстяных брюк. Этот контраст между женственностью и мужественностью явно возбуждал Джонни. Жестом собственника он скользнул рукой по внутренней части ее бедра. Рейчел инстинктивно раздвинула ноги, но вдруг резко соединила их и соскочила с его колен.
— Веди себя прилично, — сказала она, когда он потянулся, чтобы вернуть ее на место. Легонько оттолкнув его, она встала перед ним на колени и расстегнула молнию брюк.
— Рейчел… — Он запнулся, а ее нежные пальцы нащупали то, что искали, и извлекли на поверхность.
— Шшш. — Она наклонилась и кончиком языка коснулась его пениса. Прикосновение было легким, даже игривым, но Джонни задохнулся от восторга.
— О да, — пробормотал он, когда пенис погрузился в ее жадный рот. Джонни напрягся, откинулся назад и обхватил ладонями голову Рейчел, направляя ее движения.
— Тетя Рейчел!
Крик не сразу дошел до сознания.
— О Боже! — застонал Джонни, и его пальцы, словно протестуя против вмешательства, глубже впились в ее волосы. — Только не сейчас!
— Что?.. — Рейчел подняла голову. Она была как в дурмане, совершенно не ориентируясь в происходящем.
— Тетя Рейчел!
— Лорен! — прошептала она, резко отпрянув, словно обжегшись. Какое-то мгновение они недоуменно смотрели друг на друга. Потом Рейчел в безумном порыве кинулась собирать разбросанную одежду.
Оглянувшись, она увидела, что Джонни, которому гораздо легче было принять респектабельный вид, с усмешкой наблюдает за ее суетливыми движениями.
— Какая чудная попка, — произнес он.
— Тетя Рейчел! — Крик раздавался где-то поблизости. Суматошно натягивая рваные колготки, Рейчел затравленно взглянула на Джонни.
— Спустись вниз и отведи ее, — прошептала она.