— Тягач еще не пришел.
— Подождите, я приеду за вами.
— Ночью… в такую даль… я не это имел в виду, — но в его голосе чувствуется радость.
— Где вы находитесь?
Нет, ехать не надо, заупрямился он вдруг, он вообще сомневался — звонить ли, ему очень жаль, что разбудил девочку…
Но я стою на своем. Судьба Дафи в его руках. На этих днях он должен решить, исключат ее из школы или нет. Отбуксирую его машину, починю ее, денег не возьму, в течение нескольких дней он будет в моей власти. Но он вдруг начал крутить, заупрямился. Ни за что не хочет утруждать меня. Он уже раскаивается, что позвонил. Кроме того, здесь нужен особый тягач.
Его машина, если говорить правду, совершенно разбита…
— Ничего… Скажите мне, господин Шварц, точное местонахождение машины. Я не допущу, чтобы кто-нибудь другой отбуксировал вас… Кроме того, с вас сдерут высокую плату… У вас есть лишние деньги?..
Он испугался.
— Адам, дорогой мой, что поделаешь. Ведь и вам придется заплатить… Я ни за что не соглашусь, чтобы вы утруждали себя даром, да и вообще, какое значение имеют деньги… главное, что я жив…
— Не будем терять время…
Наконец он сообщает мне, где находится, объясняет и снова ломается, будто делает мне одолжение.
Я звоню Наиму. Старуха сразу же отвечает, словно ждала телефонного звонка. Голос у нее ясный. Она тоже не спит. Бодрость этой дочери прошлого века каждый раз поражает меня заново.
— Что-нибудь случилось?
— Нет… надо разбудить Наима. Я сейчас за ним заеду, нужно отбуксировать машину.
— А я подумала, ты перестал работать по ночам.
— На этот раз случилась авария у моего друга.
— Сварить тебе кофе?
— Нет, не надо. Я тороплюсь.
Тем временем встала Ася, сварила кофе. Дафи стоит около нее на кухне, ей надо знать все подробности. Она разочарована, что он отделался царапинами и шишками. Хорошо бы вообще погиб, этот гад…
Мы даже не заставляем ее замолчать, до того устали.
— Из-за него ехать до Лода? Для чего тебе это? — удивляется Ася.
— Для Дафи… чтобы хорошенько подумал, прежде чем исключать ее.
— Ничего не поможет… я знаю его… церемониться не будет… да она и заслужила…
Дафи слушает молча, молча жует кусок хлеба, волосы закрывают ее надутое лицо. В последнее время она и правда стала какая-то дикая.
— Жаль, что его не убило, — снова шепчет она.
— Хватит!
У Аси, которая крутилась на кухне в старой ночной рубашке, лопнуло терпение. Я вдруг вспомнил свой сон.
— Он разбудил меня, когда мне снилось что-то. Ася смотрит на меня.
— Что ты видел?