– Хорошо, пусть будет по-твоему, я лгала. Теперь ты узнал правду.
– И эта правда все меняет.
– Но почему?
– Вы не моего круга, леди.
– Мы прекрасно понимали друг друга, когда ты не знал, что я богата. Если тебя интересовали только деньги, почему ты давно уже не навел справки о моем финансовом положении?
– Мел, ты же знаешь, что мне наплевать на деньги.
– В самом деле? Но, ради всего святого, объясни мне тогда, в чем заключается проблема?
– Хорошо, хорошо. – Он провел рукой по волосам. – Я не… Я… О черт, но это в самом деле очень многое меняет.
– Каким образом? Разве я стала другой?
– Не ты. Обстоятельства. Прежде мы были на равных. Неужели ты не понимаешь?
– Нет, не понимаю. И держу пари, если бы все было наоборот, деньги не имели бы никакого значения!
– Что ты хочешь сказать?
– Если бы богат был ты, а не я, упрямый ты сукин… – Она поспешно зажала себе рот рукой. – Нет, я не хотела. Я ни слова не скажу против твоей милой мамы. Она удивительная, заботливая, бескорыстная, чуткая женщина, и не ее вина, что она замужем за крикливым, твердолобым шовинистом и произвела на свет троих ему подобных.
Тони нахмурился.
– О чем ты говоришь?
– О твоем отце, который пытается играть роль диктатора. Он чуть не загрыз твою сестру за то, что она увлечена театром. Пока она еще, слава Богу, достаточно молода и хороша собой, чтобы играть на сцене. Он хочет, чтобы она остепенилась, вышла замуж за соседского парня и рожала ему детей. Но Марии всего восемнадцать! А твой братец Фрэнк, который не позволяет своей жене устроиться на работу? Сара сама мне призналась, что с ума сходит от тоски в четырех стенах теперь, когда ее мальчишки подросли и не нуждаются в постоянной опеке. А лишние деньги им пригодились бы на колледж!
– Ах так! – вспылил Тони, когда Мелоди остановилась, чтобы перевести дыхание. – Тебя, значит, возмущает, что у мужчин нашей семьи принято содержать своих жен?
– Меня возмущает то, что они стремятся повелевать ими.
– Это неправда!
– Нет, правда. Вот если бы у тебя были деньги, а у меня нет… Если бы ты повелевал, а я подчинялась, все у нас было бы превосходно, не так ли?
Тони помрачнел.
– Но деньги у тебя, и значит, повелевать намерена ты? Хочешь завести свои порядки? Избалованная девочка привыкла, что все ее капризы немедленно исполняются. На этот раз не выйдет! А теперь закончим дискуссию. Мне нужно работать.
Он направился к двери.
– Тони! Постой! Я не хотела…
Он обернулся.
– Сегодня ты можешь остаться здесь и занять большую спальню. Я буду спать в своей старой детской комнате, один! Чтобы не было никаких препятствий к расторжению брака.
– Тони!
– Мы наговорились достаточно.
И дверь за ним захлопнулась.
– Я не хотела. Я не хотела, – шептала Мелоди в отчаянии. Миссис Кук всегда говорила, что следует быть осторожной…