В простор планетный (с иллюстрациями): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Прибыв через час на Новую Гвинею, он должен был прождать около получаса до отправления реактивного самолета в Токио. Затем простился с Анной, и она возвратилась к себе. Пьеру же предстояла еще долгая дорога — к Белому морю.

С воздушного вокзала у Белого моря он позвонил Котону. Тот был дома.

— Что же, — сказал Котон, — приходи. Минут двадцать пешком от вокзала. Или возьми микросамолет.

Мерсье предпочел пройтись пешком. Ему казалось, за это время он соберется с мыслями. Но мысли так и оставались разбросанными, неопределенными.

Извилистая дорожка вела через лес к одиноко стоящему домику, напоминающему старинные коттеджи. Солнечные лучи пронизывали зеленую листву и синеватую хвою. Цветы пахли свежо, чуть пьяняще. Птицы пересвистывались, перезванивались радостными, бойкими голосами. И все эти бодрящие лучи, цвета, запахи и звуки резко контрастировали с уже притупившейся, но ничуть не ослабевшей душевной болью Пьера.

Ему почти никто не встретился, лишь два мальчика лет по десяти-одиннадцати.

Оживленно переговариваясь и хохоча, они внезапно выскочили из-за поворота тропинки и, увидев его, смолкли, чинно поздоровались. А миновав его, с любопытством оглянулись. Узнали ли они знакомое многим лицо, или их поразил грустный вид случайного встречного? Застигнутый врасплох, Мерсье улыбнулся, но улыбка вышла — он почувствовал — натянутой.

Котон сидел на скамейке в маленьком цветнике перед домиком. «По-видимому, он живет здесь один», — подумал Пьер.

Котон скованным, деревянным движением поднялся ему навстречу и пригласил войти. Разговор не сразу наладился. Мерсье с любопытством осматривал жилище Котона. В нем не было ничего примечательного, кроме полки со старинными книгами — громоздкими бумажными томами в толстых переплетах. Мерсье достаточно навидался этих томов в Историческом музее. Они казались нелепыми по сравнению с современными книгами, напечатанными на несокрушимо прочной пленке толщиной всего в пять десятитысячных миллиметра. Шрифт, уменьшенный вдесятеро против обычного старинного, легко читается через подвешенную к обложке линзу. Объем новых книг примерно в две тысячи раз меньше старых наиболее распространенного формата. Мерсье собрал большую библиотеку по геологии и вулканологии, и вся она умещалась на десятисантиметровой полочке над его рабочим столом. А тут всего какой-нибудь десяток томов!

Он подошел к полке, снял одну из книг и был приятно удивлен — это оказался том лирики Пушкина. Раскрыл наудачу:

Он вполголоса, с волнением и грустью прочел эти строки одного из лучших, как он считал, стихотворений великого поэта. Котон невозмутимо слушал. Мерсье осторожно поставил книгу на место — он не мог отделаться от впечатления, будто книги и полка покрыты густой пылью, хотя пневматические установки полностью очищают от нее все помещения.

— Разве у тебя нет Пушкина в современном издании? — спросил Пьер.

— Я не люблю стихов, — последовал ответ.

— Но… тогда зачем ты держишь это?

— Так как-то… когда-то взял и привык, как к мебели…

— Станция у тебя много отнимает времени?

— Совсем мало, — ответил Котон. — На моей памяти никаких происшествий не было. А если б что и случилось — сигнализация проведена не только на пульт и ко мне домой, но еще к двоим энергетикам и в дежурную Мирового энергетического центра.

— Чем же ты занят в основном?

— У меня есть любимое дело, я им много занимаюсь.

Любимое? Это выставляло Котона в неожиданном свете. Мерсье даже почувствовал расположение к нему. Но ничто не изменилось в неподвижном лице Котона при этом признании.

Пьеру страшно захотелось расспросить его. Но удобно ли это?

Однако Котон сам пошел ему навстречу. Все тем же монотонным, лишенным интонаций голосом он пояснил:

— Я уже давно занимаюсь историей.

Историей? Это особенно приятно. Значит, у Котона какие-то общие интересы с Ольгой?

Котон продолжал:

— Я просматриваю историю человечества под определенным углом зрения.

— Каким же?

Теперь на лице Котона даже появилось какое-то оживление, правда слабое.

— Хочу показать, что авантюры никогда не приводили к добру.

— Какие авантюры? — насторожился Мерсье.