— Не зацикливайся на том, что должно получиться, — советовала Ида. — Смеартон нарочно тебя путает. Плевать, рыжими будут волосы или зелеными. И будут ли они вообще. Моя первая трансформация произошла в торговом центре. Мы с друзьями… Неважно. Короче, за нами шли охранники. Вот тогда я и стала блондинкой, и мне удалось сбежать.
— А мне что делать? — Мара слабо верила, что визуализации и прочая психологическая дурь могут ей помочь.
Ни Эдлунд, ни Брин так и не докопались до важных центров в ее мозге. Возможно, стихийные трансформации — ее удел.
— Закрой глаза. Представь, что ты посреди толпы. Мелькают чужие лица, все они тебе незнакомы. Где-то там, среди них, есть люди, которые ищут тебя. Хотят убить. Ты не знаешь, как они выглядят, кто они, сколько их. Побежишь — привлечешь внимание. Спрятаться негде. Ты должна слиться с этой толпой. Раствориться. Тебя нет. Ты — это не ты, это кто-то чужой. И можешь видеть себя со стороны.
Мара поборола скептический настрой и попыталась представить: вот она стоит посреди улицы. Ее ищут. Мерзкое, щекочущее кишки, чувство невнятной тревоги. Скрыться, раствориться, исчезнуть. По спине пробежали мурашки, ей стало жарко и вместе с тем легко-легко. Как будто она замерзла, а потом залезла в горячий душ: тело согрелось, страхи смылись водой. Никого вокруг. Ни толпы, ни преследователей. Блаженная белесая дымка.
— Открывай глаза, — откуда-то издалека раздался голос Иды.
Мара разлепила веки: все тот же Линдхольм, теплое июльское солнце, над низкорослыми желтыми цветочками жужжит шмель.
— Опять ничего? — вздохнула она.
— Смотри, — голландка протянула телефон с включенной фронтальной камерой.
Мара не сразу поняла, что движущееся на экране изображение — это она сама. Ее волосы не только стали русыми, но и вытянулись. Теперь они доставали ей до плеч. Непривычно и неприятно, но какая разница, если получилось?!
— Странно, а почему не рыжие? — удивилась Мара, рассматривая свои длинные пряди.
— Откуда мне знать, — дернула плечом Ида. — Не все же родственники до пятого колена у тебя были рыжими. Видимо, твой организм решил, что рыжий — слишком яркий цвет для того, чтобы скрыться.
— А как мне выбрать, какую часть трансформировать? Глаза, волосы, нос?
— Ты должна убедить себя, что именно эта часть привлекает к тебе внимание. От нее зависит, заметят тебя или нет.
— Поняла. Как в сказке про лисий хвост.
— В какой сказке? — Ида наморщила лоб.
— Ну, как лиса убегала от собак и решила, что ее хвост — плохой, потому что мешал…
— Не начинай. Вот вечно с тобой так: хочешь помочь, а ты разводишь какую-то чушь. Все, мне пора на факультатив по хинди.
— Собираешься подружиться с Рашми?
— Не тупи. Отец велел, — Ида презрительно хмыкнула и пошла к главному зданию.
Мара тоже вынуждена была поторопиться: мадам Венсан ждала ее на семинар по французскому. К счастью, обратное перевоплощение далось куда легче, надо было всего-навсего стряхнуть с себя фантазию про опасность, как липкую паутину.
Вечером, покончив с вбиванием в компьютер табелей по успеваемости для Вукович, Мара рванула к домику Брин, чтобы поделиться новостью. Но исландка и сама еле сидела от нетерпения.
— Ты не поверишь, что я сегодня видела! — выстрелила она пулеметной очередью.
Теперь бесполезно было что-то говорить, пока она сама не выскажет все, что у нее накопилось.
— И что же? — вежливо поинтересовалась Мара.
— Пойдем, я хочу найти Джо.
— Они на улице, Нанду опять горланит свои песни.
— Надо срочно их позвать!
Когда все были в сборе, Брин дрожащими пальцами вытащила свой телефон и открыла галерею фотографий.
— Не могла просто выслать нам картинки? — спросил Нанду, недовольный тем, что его оторвали от стайки девиц.