— А у тебя есть материалы того дела? — Джо достал свой телефон.
— Есть. Но пожар признали несчастным случаем.
— Покажи мне, что у тебя есть. И переведи на английский. Мой отец работает в полиции, он детектив. Пусть посмотрит.
Мара хранила все документы в своем шкафу, в чемодане. Особо ценные для себя вещи она так и не распаковала. Поэтому они с Джо решили зарулить в ее домик, а Брин и Нанду отправились прямиком в главное здание на праздничный ужин, пока родители не начали их искать.
Небо заволокло густыми серыми облаками, прохладный морской ветер бил в лицо, заставляя жмуриться. Гнулись и шелестели липы, трепетало пламя факелов, расставленных вдоль центральной дороги. Маре не терпелось оказаться в просторном светлом холле, сплошь набитом гостями. На улице кроме них с Джо никого не было.
Они уже свернули к шестому домику, когда раздался низкий протяжный гудок. Мара вздрогнула.
— Это «Сольвейг», — Джо указал на удаляющийся в море огонек.
— Но зачем Густаву куда-то плыть так поздно?
Словно в ответ на ее вопрос в кармане разразился трелями телефон. Ей еще никто не звонил, поэтому она не сразу поняла, что это за звук.
— Алло?
— Это Нанду. Вы слышали гудок?
— Да. Не знаешь, куда собрался Густав в разгар ужина?
— Густав здесь. На «Сольвейг» кто-то другой.
Весь праздничный обед свернулся в желудке Мары в тугой скользкий ком. Она схватила Джо за рукав.
— Вукович там? — только и смогла выдавить она.
— Нет. Брин обыскала столовую, я — холл. Ее нет.
— Вот черт…
— Тихо! Успокойся. Джо с тобой?
— Да.
— Брин говорит, чтобы ты не нервничала. А то опять будет стихийная трансформация.
— Но мне больше никто не плевал в колу!
— Ты уверена? Забыла, что живешь в одном доме с Сарой Уортингтон?
— Ладно. Я в норме. Увидимся через десять минут.
Мара объяснила ситуацию Джо. Тот, как обычно, проявил завидное хладнокровие.
— Я зайду с тобой в дом. Все будет в порядке, — без выражения сказал он.
Но она с легкой подачи Брин уже начала накручивать себя и не могла остановиться.
— А если Вукович все сделала наперед? — она остервенело грызла кожу на нижней губе.
— В смысле?
— Вдруг она кому-то поручила дать мне мелатонин? Или отравила торт целиком, и после ужина весь Линдхольм уснет?
— А потом?