Алена беспрекословно подчинилась. Проглотив таблетки, она хотела отвернуться к стене, но неожиданно подняла глаза и отрывисто спросила:
- Кто это с вами? Я не знаю этого человека.
- Это доктор. Его зовут Василий Васильевич, познакомься с ним, произнесла Марина Алексеевна.
- Здравствуй, Алена, - сказал мужчина приятным мягким голосом.
- У меня уже есть доктор, больше мне не надо, - не глядя
на Марину Алексеевну, пробормотала Алена.
Не то чтобы ей очень нравилась Симкина мать, просто она ее знала,
а этого человека мог подослать кто угодно и для чего угодно. Например,
для того, чтобы ее убить.
- Нет, Алена, твоим лечащим врачом останусь я, а Василий Васильевич просто побеседует с тобой, но только в том случае, если ты будешь хорошо себя вести. Он не просто психиатр, он - судебный эксперт и должен дать заключение о том, можешь ли ты давать показания в суде. Ты ведь, кажется, очень этого хотела?
- Да. А если он докажет, что я на самом деле здорова, меня выпустят отсюда? - как будто без всякого интереса спросила Алена.
- Алена, домой тебя отпустят, когда тебе станет лучше. Но если
ты будешь вести себя по-прежнему, то, вероятно, это произойдет не
скоро. Для начала ты должна побеседовать с Василием Васильевичем.
- Я готова.
- Ну, не надо так спешить, - миролюбиво сказала Марина
Алексеевна. - Отдохнешь пару дней, а потом Василий Васильевич к тебе придет.
- Вы меня обманываете, - вяло проговорила Алена, глаза ее слипались.
- Нет, мы тебя не обманываем, спи, - с мягкими интонациями в голосе сказала Марина Алексеевна.
И на какое-то мгновение Алене показалось, что над ней склонилась
Симка. "Она все-таки пришла ко мне", - подумала
Алена, уже засыпая.
В последующие дни она вела себя, как послушный ребенок, безропотно принимала лекарства, старалась ни с кем не разговаривать, чтобы не сорваться, с усилием выдавливала из себя улыбку на ежедневных обходах врачей. Она молча бродила по палате в ожидании Василия Васильевича. Прошло уже семь дней, но Алена терпеливо ждала, не давая ни малейшего повода медперсоналу заподозрить что-либо неладное. Ей было нелегко: от приступов внезапно возникающего панического страха ей хотелось кричать, бежать куда глаза глядят, но она держала себя в руках, насколько это было возможно. Алена искренне считала, что ее единственной надеждой на освобождение был Василий Васильевич.
Как она хотела ему объяснить, чтобы он понял, что все, что с ней произошло, не было плодом ее фантазии, что все было реально.
Алена пыталась подготовиться к беседе и повторяла про себя важные моменты, но от записей своих мыслей она решила пока воздержаться.
Так прошло еще две недели. Неожиданно, когда она уже почти потеряла надежду, к ней пришла Марина Алексеевна. Улыбаясь, она задала традиционый вопрос:
- Как ты себя сегодня чувствуешь?
- Хорошо, - уверенно ответила Алена.
- Давай немного прогуляемся, - предложила Марина Алексеевна.
Алена накинула халат, и они вышли в широкий светлый коридор клиники.