- Не думай об этом, ты же говоришь, он был сумасшедшим, - попытался успокоить ее Мохаммед.
- Потом в Москве я встретилась с Гершовичем и отдала ему карты. Правда, через несколько дней его убили арабские террористы в Тель-Авиве. Затем в Париже копию этих же самых карт получил ты. Дальше ты все знаешь.
- Но ты не все знаешь. Гершовича убили вовсе не террористы, а свои же моссадовцы. Они вообще скоры на расправу. Между прочим, из-за тебя.
- Из-за меня, но почему?! - изумилась Эвелина.
- Потому что карты были фальшивкой. Или ты не знала?! - почти закричал Мохаммед, угрожающе надвигаясь на нее.
Эвелина отшатнулась и закрыла лицо руками. Теперь все стало на свои места: смерть Джонни, появление Чарльза...
- Если ты не достанешь настоящие карты, ты умрешь... - спокойным ледяным голосом проговорил Мохаммед. Но лучше бы он кричал на нее.
- Но я не могу вернуться в Москву. Станислав в тюрьме. Я представляю, какие он дает показания! Меня арестуют!
- Думай сама. Но если в ближайшее время ты не найдешь их,
Мохаммед сделал паузу, - я отдам тебя на растерзание шакалам.
Или, что еще лучше, я подарю тебя своему жирному слабоумному кузену принцу Али. Он обожает таких толстеньких курочек, как ты.
Мохаммед грубо задрал ей юбку и похлопал по бедру. - Он давно уже ничего не может, зато любит мучить женщин, для этого у него даже есть специальная камера пыток. А иногда ему нравится смотреть, как взвод его телохранителей насилует их. Никто не выдерживает у него больше месяца. Ты еще будешь молить о смерти.
Он одернул ей юбку и направился к выходу.
Эвелина кусала губы, чтобы не зарыдать от унижения и ужаса.
- Грязный бедуин! - крикнула она ему вслед, уже не заботясь о последствиях.
Мохаммед медленно повернул голову:
- Ты еще пожалеешь об этом.
Эвелина смотрела в иллюминатор. Самолет летел невысоко, и было видно, как под ним проплывали утопающие в зелени островки. Среди невероятно прозрачной воды были хорошо заметны отмели и темные коричневатые скопления кораллов. В другое время Эвелина бы наслаждалась этим полетом, но сейчас...
Она не знала, куда и зачем они летят и что будет дальше. Она чувствовала себя заложницей. К тому же Эвелина увидела совершенно другого Мохаммеда и была совершенно потрясена этим открытием. Прежде он казался ей образцом хорошего воспитания, он был сама любезность, а теперь...
Но она постаралась не упасть духом и начала разрабатывать план спасения. Эвелина была уверена, что нет такого положения, из которого нельзя было бы найти выход.
Уже знакомый ей стюард принес обед и сервировал его на небольшом столике между стоящими напротив креслами. "Он хотя бы не собирается морить меня голодом", - утешала себя Эвелина. Стюард накрывал на двоих, и это придало ей уверенности. "В конце концов, Мохаммед только мужчина", подумала она, но вспомнила, что выглядит ужасно: волосы были разлохмачены, косметику давно смыло слезами, щека распухла, а костюм измялся. "Ну ладно, я покажу тебе, кто здесь толстенькая курочка! Я покажу тебе, как хлестать меня по щекам!" - мстительно думала Эвелина. Заметив, что стюард бросает на нее заинтересованные взгляды, она улыбнулась ему и спросила по-английски:
- Вы не покажете, где я могу переодеться? А еще лучше,
принять душ?
- Конечно, мадам, я провожу вас, - откликнулся
араб. Они прошли через дверь в другом конце салона и попали в небольшую, но роскошную спальню. Стюард показал на другую дверь:
- Там ванная, мадам. Я сейчас принесу ваши
вещи.
- Спасибо. Как ваше имя?
- Халед, мадам.
- Спасибо, Халед.