— Джон Пендлтон? — резким голосом переспросил Джимми.
— Что вы тут сплетничаете про Джона Пендлтона? — с лукавством спросила появившаяся в дверях гостиной миссис Кэрью.
Джимми, для которого во второй раз за эти пять минут мир распадался на мелкие кусочки, с трудом смог выговорить слово приветствия.
Но Джейми заговорил как о чем-то само собой разумеющемся:
— Я просто думаю, что если Поллианну кто-то может заинтересовать всерьез, то только Джон Пендлтон.
— Пендлтон? Джон Пендлтон? — переспросила Руфь Кэрью. Если бы молодые люди не были так погружены в себя, они заметили бы, что ее улыбка мгновенно погасла, а взгляд выразил тревогу.
— А разве ты не замечала летом, что он при всяком удобном случае старался уединиться с ней?
— Ну мне казалось, что он был со всей компанией, — не совсем уверенно возразила миссис Кэрью.
— Но к Поллианне он относился иначе, чем ко всей компании. Помнишь, у нас был разговор о том, почему он так и не женился, и Поллианна сказала тогда, что однажды он делал предложение. И я тогда подумал, уж не произошло ли там объяснения. Ты же помнишь?
— Да, она, кажется, что-то такое говорила.
— Я вам сейчас все объясню, — вступил в разговор Джимми. — У Джона Пендлтона была в жизни одна большая любовь. К матери Поллианны.
— К ее матери? — почти вскрикнула миссис Кэрью.
— Да, но она не могла ответить на его чувство, потому что любила священника, ну, то есть, отца Поллианны.
— Ох! — воскликнула миссис Кэрью, привставая на стуле. — Так вот почему он так и не женился.
— Да, — заключил Джимми, — и он просто по-доброму относится к Поллианне оттого, что он любил ее мать.
— Ну тут все как раз очень непросто, — глубокомысленно возразил Джейми. — У него ничего не вышло с матерью, и поэтому теперь он может рассчитывать, что получится с дочерью.
— Ох, Джейми, у тебя в голове одни сплошные сюжеты! — Миссис Кэрью нервно усмехнулась. — Что за десятипенсовый роман? Он должен жениться на женщине, а не на девочке, если он вообще женится. — По всему ее виду чувствовалось, что ей неловко.
— Ну а если он взял и полюбил девочку? — упрямо настаивал Джейми. — Вы же читали ее последнее письмо. Они вдвоем провели Рождественский сочельник. А сколько в его письмах восторженных слов о Поллианне!
— Да, я знаю, — миссис Кэрью сделала такой жест, словно хотела избавиться от чего-то неприятного. Больше она ничего не сказала и вышла из комнаты.
Возвратясь, она была удивлена тому, что Джимми уже ушел.
— Как? Он что же, забыл про девичий пикник?
— Может быть, это я виноват, — сказал Джейми. — Он вдруг неожиданно объявил, что ему надо уехать в Белдингсвиль. Попросил прощения, что его с нами не будет. Словом, он, к сожалению, уехал… Но я тебе еще хотел показать вот что, — Джейми торжественно развернул перед ней два полученных письма.
— Мой мальчик, я всегда в тебя верила, я горжусь тобой! — проговорила миссис Кэрью.
Но Джейми показалось, что настоящей радости не было в ее голосе.
29. ДЖИММИ И ДЖОН
Поздно вечером под воскресенье молодой человек с красивыми чертами лица решительной походкой вышел из здания вокзала в Белдингсвиле. Воскресным утром кто-то из жителей городка вновь видел этого молодого человека. Той же решительной походкой он прошел по пустынным улицам и добрался до холма, на котором располагалось поместье Харрингтон. Увидев знакомую копну льняных волос, пропавшую за дверями летнего домика, он, не найдя нужным позвонить или позвать сторожа, вошел в приоткрытые ворота и встретился лицом к лицу с той, у которой были льняные волосы.
— Джимми? Почему ты здесь? Откуда? Какими судьбами? — недоуменно расспрашивала его Поллианна.
— Из Бостона. Вчера вечером. Мне надо поговорить с тобой, Поллианна!
— Со мной? — Поллианне с трудом удавалось скрыть, в каком восторге она была сейчас от Джимми, такого большого, сильного и такого близкого ей.