Они предлагают создать из белка и нуклеиновых кислот людей, конечно, более быстродумающих, чем те, которых мы знали, и использовать их воображение для решения ряда важнейших задач.
Академик № 13. Но в этом кроется опасность. Если люди будут в чем-то иметь преимущества перед нами, то, чего доброго, они могут захотеть вообще обходиться без нас.
№ 1. Не нужно преувеличивать. Люди никогда не сравнятся по сложности с нами. Достаточно сказать, что мозг, созданный из нервных клеток и равный по количеству ячеек памяти нашему, атомному, занимал бы площадь в 8,83 десятых раза большую, чем наш остров.
Звучит торжественная музыка. На экране проходят кадры создания и усложнения человека. И вот уже синтезированный человек играет в шахматы с машиной.
Человек выигрывает. Машины-зрители, поставившие на него несколько запасных блоков, довольно мигают лампочками.
Поединок человека-математика с машиной. Побеждает человек. Машины-зрители довольны.
Соревнование человека-инженера с машиной. Побеждает человек.
Соперничество человека-пилота и человека-машиниста с автопилотом и автомашинистом. Побеждают люди.
На экране идут, бегут, летят люди. Их все больше и больше. Они вытесняют машины из разных областей науки и техники, занимают их места.
Меланхолическая музыка. Последнее заседание машин-академиков.
№ 13. Я предупреждал. А теперь уже поздно. Есть такой закон эволюции: когда совершенный механизм создает более совершенный, то должен уступить ему место.
Перед зрителями мелькают картины захвата власти людьми. На острове строятся новые города. Вырастают сады. Постепенно приближается и занимает весь экран перспектива одной из лабораторий новой Академии наук острова. Несколько людей наблюдают за ползающей по полу электронной черепахой.
1-й человек. Эта игрушка обладает памятью. У нее можно выработать рефлексы…
Н. Кальма. КАПИТАН БОЛЬШОЕ СЕРДЦЕ
Повесть-быль
НОВОГОДНЯЯ НОЧЬ
Наибольший успех в эту ночь выпал на долю Шарвелля. Девятнадцатилетний матрос изображал барышню в фарсе.
В пышном платье из корабельного коленкора, в белокуром парике, белых чулках и открытых туфлях с голубыми бантиками безусый Шарвелль превратился в миловидную мисс.
Но, к несчастью, природа наделила Шарвелля оглушительным басом, и каждый раз, как барышня открывала рот и раздавалось совсем не подобающее столь нежному существу рыканье, все хохотали до упаду, отпускали соленые шуточки по адресу “мисс” и привели ее в такое смущение, что она, закрывшись юбками, убежала за сцену.
В заледенелые иллюминаторы не было видно ни зги. Там, снаружи, термометр показывал минус 40°, дул сильный восточный ветер, а Венера, казавшаяся из-за рефракции огромной, сияла необыкновенным блеском.
Все приглашенные в эту ночь получили букетики из цветных бумажек и разрисованные программы, обещавшие много интересных и веселых номеров:
УвертюраОркестр.
Элла РиА.Свитман.
Что вас печалит? Бойд.
Всемирно известный Анегинс Великого северо-западного прохода исполнит комические номера.
Соло на аккордеонеВеликий Дресслер.
Любимый исполнитель танцев в деревянных башмакахДжон Коль.
Веселый фарс: “Деньги заставляют и кобылу идти”, и т. д.
В рубке было веселое оживление. Правда, артистов оказалось больше, чем зрителей, но это никого не смущало. Оркестр, состоящий из двух скрипок, флейты, гитары и аккордеона, очень музыкально сыграл вступление, после которого на эстраде, сколоченной из пустых консервных ящиков, появился плотник Свитман, коренастый, почти квадратный, с красным, обветренным лицом. Он долго топтался на месте и откашливался, прочищая горло.
— Алло, парень, запевай, не смущайся, — подбадривали его товарищи.