- Я привезу его из города, - сказал Коля. - Ты останешься с ней, а я переплыву протоку, пройду в деревню, расскажу обо всем и пришлю сюда кого-нибудь из ее знакомых. А потом я отправлюсь в город и вернусь сюда с доктором. Я все расскажу Виталию Макарычу, и он поможет мне найти доктора, который поедет со мной.
Он был так захвачен этим внезапно пришедшим ему в голову планом, говорил так уверенно, что Степочка - первый раз в жизни - не только не попытался им командовать, но подчинился ему.
Он послушно старался запомнить наставления, которые давал ему Коля перед уходом.
- Я разденусь, намотаю всю одежду на голову и поплыву, - говорил Коля. - А ты свари еще картошки и заставь ее поесть, если она очнется. И воды притащи - пускай всегда будет свежая вода. Это очень важно. И не отходи от нее ни на шаг, слышишь?.. Здесь в чулане темно и тесно, хорошо бы перенести ее в ту комнату…
- Меня не надо переносить в ту комнату, - вдруг сказала девочка. - Там его комната.
Коля вздрогнул и повернулся к ней.
- Его комната? - переспросил он. - Кого?
- Лоцмана.
- Ты жила здесь с лоцманом?
- Да.
- Он здесь? Он может вернуться?
- Нет. Он не вернется.
- А кто он? Твой папа?
- Нет, не папа. У меня нет ни папы, ни мамы. Он мой отчим.
- Отчим!..
И, пораженный внезапной догадкой, Коля воскликнул:
- Я знаю, кто ты! Ты - Настя!
- Настя, - сказала девочка.
- Настя! - крикнул Коля. - Отчего ты не написала письмо Лизе Макаровой?
Настя подняла свои темные глаза и впервые посмотрела на него внимательно.
- Ты знаешь Лизу Макарову?
- Конечно знаю! Ома еще вчера мне о тебе рассказывала! Она тебя ждет - не дождется!..
Настя покачала головой.
- Неправда, - сказала она. - Лиза не ждет меня. Она со мной поссорилась.
- Глупости! - воскликнул Коля. - Неужели ты думаешь, что она так долго может помнить какую-то ссору из-за орехов?
- Так она тебе и про орехи рассказывала? - сказала Настя грустно. - Нет, она не ждет меня. Она помнит нашу ссору, если не забыла про орехи.
Коля хотел убедить ее, что Лиза ее любит, и ждет, и мучается, и считает себя виноватой в этой ссоре, но не успел произнести ни слова, потому что дверь вдруг скрипнула, и кто-то вошел в сени, громко стуча сапогами.
Коля выскочил из чулана, прикрыв за собой дверцу, и остановился возле печки рядом со Степочкой.
2
Дверь медленно отворилась, и из сеней вынырнул сначала длинный шест с железным крючком на конце, потом появилась седенькая, мокрая, торчащая вперед бородка, и наконец весь Архипов, в огромных болотных сапогах с отворотами, перешагнул через порог. Мокрый от шапки до пяток, он сурово, из-под бровей, взглянул на притихших мальчиков, но заговорил не сразу, так как возился со своим длинным багром, который не помещался в комнате. И, только просунув конец багра в окно, он сказал: