— Виктор, Леонид, Евгений, Роберт, Антон, — перебирал Гоша. — Не помню. Ладно, пусть пока Гоша, — согласился он без удовольствия. — А профессия у меня какая?
И он долго еще задавал вопросы себе и Татьяне, не находя и не получая ответов. И сказал:
— Так. Одно из двух: или мне надо в милицию, чтобы разыскали, кто я, или к врачу.
— Милиция тут уже была.
— И что?
— У тебя билет на самолет нашли с фамилией Мушков.
— Мушков? Не помню. И что?
— Будто бы этот Мушков помер, а был бандит-рецидивист.
— Тогда в милицию не надо! — тут же решил Гоша. — А то окажешься, действительно, в каком-нибудь уголовном розыске.
— Ты, значит, помнишь, что такое уголовный розыск? — спросила Татьяна, все больше грустнея.
— А кто не помнит?
Гоша помнил не только это. Татьяна вела его по городу в центральную поликлинику, и Гоша все понимал. Про людей, про машины, про магазины. Увидел плакат с портретом президента — узнал президента. Увидел афишу возле кинотеатра с фигурой актрисы Анджелины Джоли — узнал Анджелину Джоли, причем одобрительно посмотрел на ее формы, следовательно, и в этом разбирался. Увидел рекламный щит с огромной пачкой сигарет и подписью “Минздравсоцразвития предупреждает…” — остановился.
— Что? — спросила Татьяна.
— Вспомнил! Думаю — чего же я хочу? Курить хочу! Очень!
— Ну, хочешь так хочешь…
Татьяна подошла к ларьку, осмотрела пачки в витрине и цены.
— “Приму”, пожалуйста.
— Извини, я такие не курю, — сказал Гоша. — И назвал другие сигареты, иностранные; уточнять не буду во избежание рекламы, а если при этом не побоялся назвать “Приму”, то причина простая: курение, несомненно, вредно, но я всегда рад возможности поддержать отечественного производителя.
Поддержала его и Татьяна, сказав Гоше:
— Обойдешься, дорогие слишком!
И купила хоть и не “Приму”, сигареты с фильтром, а все ж намного дешевле тех, на какие указал Гоша, и, охотно сообщаю, отечественные.
— И пива бы бутылочку, — попросил Гоша вполне деликатно, понимая, что пока его судьба в руках этой женщины.
— Ага, конечно! К врачу идешь, забыл?
И они пошли дальше.
Татьяна посматривала на Гошу и удивлялась. Вроде, и тот же — а другой. Если прежний Гоша был похож на ребенка, то этот… нет, не на мужчину пока еще в полном объеме, скорее на подростка. Движения какие-то угловатые, порывистые, поведение неровное — то говорит вежливо, спокойно, то начинает голос повышать ни с того ни с сего… Неустойчивый какой-то. Непредсказуемый. Поэтому она не меньше Гоши желала услышать, что скажет врач.
— Кстати, а какой врач тебе нужен? — спросила Татьяна.
— Ясно, что не терапевт. Невропатолог, наверно.
— Скорей психиатр.
— Я что, псих? Ты чего?! — закричал обиженно Гоша.
— Ты не псих. Но болезнь явно психическая.