Тут Татьяна обратила внимание, что Гоша читает газету, постеленную на стол поверх скатерти. И одобрила:
— Правильно. Читай, понимай про жизнь. Правды ты там, конечно, не найдешь, но фактов много. Может, чего и вспомнишь.
И начал Гоша помогать Татьяне.
Она привела его в теплицу и, показав, как обращаться со шлангом, спросила:
— Полить сумеешь?
— Сумею…
И в результате улил все так, что устроил потоп. Да еще и очень этому радовался.
Татьяна ругалась, отняла шланг, выгнала из теплицы.
Велела, раз уж строгать научился, заменить один столб у навеса над машиной.
Гоша рад стараться: выстрогал хороший столб, а с прежним поступил глупо — взял и выдернул, ничем не подперев крышу. Она и завалилась, помяв и без того мятый “Москвич”.
В общем, один урон от него.
Вечером Татьяна с подругой Лидией смотрели по телевизору передачу “Жди меня”. Гоша и Толик в соседней комнате поочередно читали вслух книгу.
— “Золотой ключик”, что ли, читают? — прислушалась Лидия.
А передача уже заканчивалась. О Гоше не объявили, фотографии не показали.
— Чего ты хочешь? — спросила Лидия. — Представляешь, сколько им писем поступает? У нас полстраны в пропаже. Хоть бы мумий мой пропал тоже.
— Опомнись, ты что? — удивилась Татьяна такому пожеланию.
— А чего? У Даши Пузыревой вот пропал муж. Подозрение на убийство, но не доказано, трупа нет. Она подала заявление на потерю кормильца при грудном ребенке. И что вышло? Поскольку он был служащий с твердой зарплатой, стали выплачивать половину! А там половина больше, чем у моего целая! — Лидия лирично, как всегда, вздохнула. — Ты представь: мужняя зарплата есть, а мужа нету! Сказка! У Дашки теперь друг завелся, молодой, красивый. Говорит — давай поженимся. А она: я что, дура, у меня сразу пособие отнимут!.. Я бы тоже себе кого-нибудь завела… В смысле — постоянно.
Лидия в очередной раз вздохнула, глянула на Гошу через открытую дверь и спросила:
— Хоть что-то у него проявилось?
— Да ничего. Вот, бумажка какая-то, — показала Татьяна клочок.
Лидия взяла, приблизила к глазам:
— Нев Йорк, — прочитала она. — Нев Йорк—Москов. Нью-Йорк—Москва, значит. Посадочный талон от билета, я помню, летала лет семь назад с одним мужчиной, — и она опять вздохнула, вспомнив этого мужчину. — К заграничному морю летали… Значит, непростой человек твой Гоша. Может, он пропавший миллионер, а?
— Кто его знает… — неопределенно сказала Татьяна.
— И не пьет?
— Нет.
— И не курит?
— Не курит.
— От одного этого — какая экономия! — покачала головой Лидия.
И засобиралась домой.
Когда она пришла, муж ее, Петр, уже спал.