Ехали в машине (Сергей нанял такси до самого аэропорта), сидели в зале ожидания, летели в самолете — Виктор все спрашивал и спрашивал, желая узнать о себе как можно больше. А Ксюша не сводила с него глаз и постоянно держала его за руку, что Виктору было не только не стеснительно, а очень даже наоборот: он видел, что все окружающие смотрят на Ксюшу — хороша женщина! Стройная, стильная, голову держит высоко, а глаза той самой глубокой голубизны и загадочности (с темноватыми тенями на веках, что делает их еще глубже), какая заставляет мужчин чуть ли не скрежетать зубами: “Почему не моя?!”.
Прилетели.
На автомобиле с затененными стеклами отвезли Виктора под Сарайск, где было его поместье в элитном поселке — среди прочих таких же теремов.
— Неплохо живешь, а? — спросил Сергей зятя.
Виктор оглядел дом и пространство перед ним: дорожки, елочки, декоративный пруд. Ему понравилось. Спросил только:
— Сам делал?
— Ты-то? Ты, извини, хоть и детдомовский, а не приспособленный ни к чему. Гвоздя вбить не умеешь. Если и работал руками, то когда своим дзюдо занимался. Ладно, отдыхай, наслаждайся, а завтра я к тебе целый консилиум привезу. Лечить тебя будем. Новейшими методами.
Ксюша при слове “наслаждайся” даже вздрогнула.
Она ждала ночи.
Она надеялась, что ночь все поставит на свои места.
И все было, в общем-то, славно, хорошо, бурно. Но когда утром Сергей, живший в этом же доме на третьем этаже, спросил томно-утомленную и сладко потягивающуюся сестру с родственной фамильярностью:
— Ну, что? Накушалась секса? — она ответила:
— Накушалась. Но как-то все по-другому. Будто с чужим мужчиной переспала.
— Мужчина-то ничего?
— Более чем!
— Ну и слава богу, — порадовался брат за сестру.
Приехал консилиум: доктор медицинских наук, психиатр, главврач клиники, и два кандидата. Говорили они с Виктором долго, подробно обо всем расспрашивали. Особенно интересовались огнем:
— Значит, как только вспышка или пламя — все забываете?
— Забывал. А последний раз не подействовало.
— При каких обстоятельствах? Огонь возник неожиданно или вы его видели заранее?
— Вообще-то видел.
Виктор усмехнулся каким-то своим мыслям.
Врачи насторожились:
— Еще какие-то детали?
— Она хотела, чтобы я ее забыл, — сказал Виктор, не глядя на врачей и как бы не им объясняя, а себе. — Но, видимо, я этого не захотел. Поэтому и не отключился.
— Кто — она?
— Это вас не касается.
Врачи переглянулись.
Вывод консилиума оказался таким же, к какому пришел чиховский психиатр Кобеницын: органических нарушений нет, это видно без всяких томограмм и энцефалограмм, классический случай ретроградной амнезии, возникшей по причине аффекта, связанного, скорее всего, с огнем; показаны психотерапевтические беседы и общеукрепляющее лекарственное лечение.
— Витамины, что ли, пить? — спросил Сергей, которому врачи повторили свой диагноз.